Премьера! Магия театра властвует над нами уже тысячи лет. Меняются технологии, но энергия настоящего живого общения каждый вечер собирает в залах сотни тысяч зрителей по всему миру. О любви к театральному дому, бережном отношении к истории и главных секретах успеха любого коллектива в премьерном выпуске проекта «Монологи о театре» рассказывает Кирилл Крок - директор театра имени Евгения Вахтангова, секретарь Союза театральных деятелей России, вице-президент Российской Национальной театральной премии и фестиваля «Золотая Маска».
Вчера и сегодня у нас на Основной сцене одна из важнейших премьер этого сезона – «Идиот» по роману Ф. М. Достоевского. Безусловно, каждая из премьер важна, каждый спектакль нам дорог, однако именно к премьерам большой формы приковано особенно пристальное внимание зрителей и критиков, потому и говорю, что одна из важнейших премьер.
Конечно же, когда после успеха «Повести о Сонечке» мы пригласили Владислава Наставшева поработать на Основной сцене, да еще с таким знаковым материалом, как роман Достоевского «Идиот», то прекрасно понимали, что идём на некий риск. У режиссёра совершенно иной – свой, оригинальный художественный язык, к которому Театр Вахтангова и наши постоянные зрители не привыкли. В спектакле всего четыре актера. Согласитесь: это вызов! И вот полгода работы позади. Полгода трудов огромного коллектива, вложившего в спектакль все свои лучшие помыслы, таланты, трудолюбие. Что хочется сказать по итогу? Для всех нас эта работа стала серьёзным вызовом, проверкой на прочность. Работа была трудозатратная, в том числе финансово – у спектакля огромнейший бюджет. Приведу несколько примеров.
Впервые для спектакля мы закупили четыре дорогущие лазерные установки, которые стали элементами сценографии. Длина беговой дорожки, задействованной в спектакле, составляет 15 метров. В театральных мастерских мне пояснили, что, возможно, на сегодняшний день это самая длинная беговая дорожка во всем мире, которая используется на сцене. Общий вес декораций - восемь (!) тонн. Для сравнения: ныне ставшая уже легендарной стена из гениального спектакля Римаса Туминаса «Война и мир» весит около двух тонн.
Я благодарен театральным мастерским «Сценический портал» и лично его директору Артёму Керпек за понимание и оперативность, помощь во всех возникающих вопросах. Благодарю всю нашу постановочную часть за этот полугодичный марафон по выпуску спектакля. Отдельная благодарность нашим актерам: Косте Белошапке, Ане Дубровской, Паше Юдину, Полине Рафеевой за ваши талант, мужество и стойкость! За то, что все выдержали, прошли. Признателен всей постановочной команде во главе с Владиславом Наставшевым. Влад в этой постановке выступил в четырёх ипостасях: автор инсценировки, художник-сценограф, композитор, режиссер-постановщик. Спасибо, Влад, за твой талант! Хочу сказать спасибо всей твоей команде – ассистенту по сценографии Валерии Барсуковой, художнику по костюмам Майе Майер. Естественно, видеохудожнику Асе Мухиной, нашему прекрасному художнику по свету Руслану Майорову, нашему гениальному художнику по гриму Ольге Калявиной. Ивану Лубенникову, помогавшему Владу писать музыку. И всем, кто приложил к этой истории руку, силы, сердце, душу.
Уже сейчас, после первого показа стало понятно, что одним зрителям спектакль не понравится от слова совсем, другие же наоборот будут воспринимать его с восторгом, как глоток свежего воздуха. Суть же в том, что мы получили очень неординарную постановку - красивое, эстетичное зрелище. Такого Достоевского мы еще не видели! Конечно же, даже сейчас, когда состоялась официальная премьера, еще рано говорить об итоговости работы, так как и вчера и сегодня перед премьерой идут репетиции,сокращения. Артистам еще нужно освоиться, распределиться, увидеть реакции зрителей. Обычно, спустя пять-шесть показов спектакль, как это приято говорить, встает на ноги и начинает полноценную жизнь.
А жизнь любой постановки в конечном итоге определяет публика. Мне очень приятно, что до конца апреля все билеты проданы. Теперь вам, наши дорогие зрители, судить и оценивать. Всех нас и вас, друзья, с премьерой! P.S спасибо Евгении Крегжде за готовность помочь и протянутую руку…
8 и 9 марта в Международный женский день на Симоновской сцене нашего театра случилась премьера спектакля «Сто бед» Оригинальная пьеса, написанная Галиной Зальцман, по мотивам произведений Эмира Кустурицы. Режиссер Галина Зальцман. Художник сценограф Семен Пастух, Художник по костюмам Яна Глушанок, Композитор Валерия Коган, Художник по свету наш Александр Матвеев.
Чистая, светлая, трогательная история, в центре которой человек, его жизнь, его радости и горести. Уверен, если бы с нами был бы сейчас Римас Туминас, он как и мы вчера стоя аплодировал артистам и поздравлял создателей спектакля на фуршете после… Очень современный и самое главное актуальный спектакль! Мы первый раз работаем с Галиной Зальцман и ее творчесткой командой, так это тот самый случай, когда хочется продолжить сотрудничество еще ни один раз!
В Театре Вахтангова представили сценическую версию романа Достоевского «Идиот». Экран, лазерные установки, траволатор, к которому мы привыкли в аэропортах, но никак не в театре. И очень много страсти, похожей то на сон, то на бред, то на цирк без арены. Таким классическое произведение увидел режиссер Владислав Наставшев, который до недавнего времени на афишах московских театров фигурировал как Наставшес. Но все течет, все меняется, и фамилии тоже. Впрочем, на качестве спектакля это никак не отразилось.
После первого внутреннего прогона и первого показа в соцсетях чуть ли не драка. Мол, «что сделали с Достоевским? Вахтанговский — это пятизвездочный отель, а с таким «Идиотом» останется три звезды». И тут же перпендикулярно: «Лучшего «Идиота» не приходилось видеть. Умно, красиво, страстно». Споры ожесточенные только разогревают страсти по Федору Михайловичу.
Влад Наставшев, у которого это вторая постановка в Вахтанговском (на Новой сцене с успехом идет его «Сонечка» по Цветаевой), в «Идиоте» выступил еще и как сценограф, и музыкальный оформитель. Поэтому, пока не началось действие, его можно оценить как художника. Тут — «пятерка» по картинке, хотя как эта картинка будет работать в спектакле, еще непонятно. Но сцена резко вздыблена под приличным углом, горизонт розово-голубовато-приглушенный с надписью ИДИОТЪ — с Ъ, отмененным в русском алфавите в 1918-м. Из чего можно заключить, что ни гаджетами, ни искусственным интеллектом этот самый, может быть, русский роман не будет испытан. Как покажет дальнейшее, режиссер не обманул надежд зрителя.
На вздыбленной сцене все по два: две высокие двери (одни рамы), смотрящие в упор друг на друга из разных концов сцены, два столика и два ночника на них под абажурами густого красного, как кровь, цвета, два кресла с подлокотниками из красного дерева. И одно дерево с растопыренными ветками вдали без признаков жизни. В шаге от авансцены зияет дыра с рваными краями, а сама сцена покрыта фрагментами растительности неопределенного цвета — такая, по нашим представлениям, должна быть где-то на Марсе или еще какой другой планете, которую мы во всю нашу жизнь не посетим.
Однако вот посетили — в центре Арбата, в Театре Вахтангова, где узнаваемо-неузнаваемые герои Достоевского то как ископаемые животные из прошлого, то как инопланетяне из будущего. Какой же жанр нам предложил режиссер Наставшев? Самый неожиданный — психологический триллер.
Он начинается с того, что валявшийся в позе эмбриона у сцены человек неловко поднимается, ошарашенно смотрит на сцену.
— Пробудясь ото сна, вы припоминаете их ясно, — а голосок слабый, прямо-таки детский. — Вы помните прежде всего, что разум не оставлял вас на протяжении всего вашего сновидения… Вы усмехаетесь нелепостям вашего сна, но чувствуете, что в сплетении этих нелепостей заключается какая-то мысль. Мысль действительна, как нечто принадлежащее вашей настоящей жизни. А как было сказано вашим же сном — новое пророчество ожидаемо…
Сделав несколько шагов назад, он спиной оседает в затертое бархатное кресло. Кресла эти по три-четыре в ряд стоят у левого портала, перевернутые торчат из кулис. Такие в прошлом веке стояли в старых синематографах. А это он самый и есть, где большой экран художник обозначил лишь тонкой неоновой рамой, но не прямоугольной, а покосившейся. Все здесь как-то наперекосяк — и пространство, и жизнь людская. И всю эту сикось-накось Наставшев показывает герою.
Хотя экрана как такового нет, но он эффектно сымитирован игрой света с дымами (шесть видов дымов используется), которую нереально красиво передают лазерные установки, что установлены по авансцене. Кажется, протяни руку и упрешься в жесткую поверхность. Но никакой поверхности — сплошная иллюзия. И тут начинается самое интересное: говорящий тонким голосом человек (брюки до щиколоток, короткий пиджачишко), сделав шаг в заэкранье, как Алиса в Зазеркалье, окажется вовлечен в игру страстей, становится участником адской драмы.
Многонаселенный роман Федора Михайловича режиссер свел к четырем персонажам: князю Мышкину, Рогожину, Настасье Филипповне и Аглае Епанчиной. Главы и части романа перетасовал, но все-таки выстроив их в определенной, как у Достоевского, последовательности событий, подчиненной мысли о страстях человеческих с губительными последствиями. В конкретно-временном и библейском смысле. «Смотри, князь. Как твою невесту торгуют!», «А я за князя теперь пойду», «Знаешь ли ты, что меня, рогожинскую, берешь?». И тут же милость к падшим, и христианство с монологами о нем, звучащими из уст Мышкина проповедями.
Замечу, что Достоевского Влад Наставшев не обидел: текст не переписывал (не считая отдельных реплик, и то стилизованных под классика), только сокращал, выстраивая историю двух женщин и двух мужчин, святых и грешников, в стилистике эстетского триллера. Здесь и музыка соответствующая — фоном психоделика, но разбавленная милым французским современным шансоном и балладой на стихи Пушкина «Жил на свете рыцарь бедный» — она красной нитью пройдет через три акта. Здесь градус внутреннего напряжения повышается к концу каждой сцены, а визуальные эффекты создают атмосферу нереальности происходящего. Даже 15-метровый траволатор дает экспрессию.
Наставшев на старте начинал «Идиота» с известными вахтанговцами, но в процессе работы произошла смена актерской команды, и уже выпускали премьеру три молодых артиста — Константин Белошапка (князь Мышкин), Павел Юдин (Парфен Рогожин), Полина Рафеева (Аглая Епанчина). Лишь Анна Дубровская (Настасья Филипповна) поддержала команду молодых опытом и удивительной игрой.
Спектакль выстроен так, что трудно ответить на вопрос — кто здесь главный герой? Князь Мышкин, приехавший из-за границы и незамыленным глазом способный увидеть и оценить происходящее внутри, или те, кто изо дня в день проживают российскую действительность, усугубляя ее своими крайними поступками? С повесткой дня прямых аналогий нет, но ближе к финалу она проявится, несколько спутав карты в моем сознании.
Сочиненный по Достоевскому сон имеет вроде бы разрушительный характер: герои много падают, срываются на крик, ведут себя экспансивно или нелепо-экстравагантно. Однако при внешней дисгармонии «Идиот» Наставшева поразительно гармоничен, наполнен живым чувством, пропитан болью — у каждого из героев она своя. Режиссер любит этих несуразных людей, а не препарирует бездушно, как это в своих постановках делал экс-главный режиссер Вахтанговского Бутусов, после начала СВО покинувший страну. Кстати, в третьем акте режиссер выведет своих героев на тему эмиграции, жизни вне страны, с которой, собственно, и начинается спектакль — князь Мышкин вернулся в «сумасшедшую» Россию из «правильной» Швейцарии. Но в отличие от двух первых актов внутренние связи в ассоциациях не так очевидны.
— Ничего хорошего в вашей загранице нет, — скажет Парфен Рогожин в финале, стоя над телом зарезанной им Настасьи Филипповны. Как раз образ Рогожина, пожалуй, самый неоднозначный в спектакле. У Наставшева он проходит путь от монстрообразного головореза, потерявшего голову от любви, едкого ёрника, который и ходит как-то по-особенному, как гоголевский герой, «петушиной ногой», до всё понимающего, а потому злобноватого клоуна. Павел Юдин, который прежде не имел больших ролей в театре, а на историческую сцену выходит лишь в спектакле «Царь Эдип», и то без слов, здесь показал и темперамент, и актерский потенциал.
На «Идиоте» выяснилось, что Константин Белошапка — герой-неврастеник, который намного интереснее героя-любовника, которого он играет в других вахтанговских спектаклях, например в «Театре». Во всяком случае, второй акт «Идиота» — его.
При всей сыгранности ансамбля у Анны Дубровской в премьерном спектакле абсолютно бенефисная роль. У этой актрисы после «Дяди Вани» (роль Елены Сергеевны) не было ролей на большой сцене, о чем можно только пожалеть. Свою Настасью Филипповну она бесстрашно раскачивает на эмоциональных качелях, бросает ее из огня да в полымя, и делает это так тонко. Уже не говорю про стать, пластику актрисы, умение носить костюм. Просто браво.
Ее соперница Аглая в исполнении Полины Рафеевой порывистая, нежная, обидчивая, которой, пожалуй, труднее всех, поскольку режиссерская задача в последнем акте для ее героини не совсем ясна, но работает она истово.
Можно и дальше описывать фантазии режиссера, считывать находки и изъяны, спорить о трактовке романа, кстати, не такой уж и радикальной, но то, что «Идиот» — удача в движении Вахтанговского — факт.
https://www.kp.ru/daily/27674/5062831/ 18 марта 2025 9:15 Спустя годы восхищаются талантом и счастливой судьбой актера: в Театре Вахтангова почтили память народной артистки СССР Юлии Борисовой В Театре им.Вахтангова прошел спектакль, посвященный 100-летию со дня рождения народной артистки СССР Анастасия ПЛЕШАКОВА
17 марта Театр Вахтангова вспоминали свою приму – Юлию Константиновну Борисову. Повод весомый - 100 лет со дня рождения народной артистки СССР. Почти семь десятилетий она оставалась первой актрисой легендарной труппы. Была верной партнершей великих вахтанговцев - Михаила Ульянова, Юрия Яковлева, Николая Гриценко, Василия Ланового, Владимира Этуша, Вячеслава Шалевича… «Она пользовалась безусловным авторитетом, никогда не принимала участия ни в каких театральных разборках. Приходила в театр только для творчества: репетировать и играть спектакли», - вспоминает о Юлии Константиновне директор Театра Вахтангова Кирилл Крок.
В фойе открылась выставка, посвященная Борисовой. Её портреты – в разных образах и ролях, её сценические костюмы, в которых она играла спектакли. Размер этих роскошных и элегантных платьев не менялся на протяжении всей её творческой жизни. Идеальная фигура, тонкая талия и самые стройные ножки в театре.
Вечером прошел спектакль «Одной звезды я повторяю имя…» в постановке Эльдара Трамова. Юлию Борисову в труппе ценили, уважали не только за её актерский талант, но и за человеческие качества. Она жила очень опрятной жизнью в театре: в склоках, интригах, предательстве никогда не была замечена.
В спектакле-посвящении приняла участие значительная часть труппы, и молодые артисты, и звёзды: Людмила Максакова, Ирина Купченко, Мария Аронова, Евгений Князев, Марина Есипенко, Лидия Вележева, Мария Волкова, Александр Олешко, Елена Сотникова…
Взяв за основу фрагменты из книги Веры Максимовой «Люблю. Юля», с вахтанговской легкостью, изящно и очень душевно они напомнили основные вехи в жизни и творчестве Юлии Борисовой. Читали стихи, пели, вспоминали её лучшие роли.
Считается, что у Юлии Борисовой была счастливая актерская судьба. Во всяком случае, никто из актрис её поколения не сыграл так много больших, главных ролей, как она: прекрасная Турандот, нежная Гелена из «Варшавской мелодии», трагическая Настасьи Филипповны, страстная Клеопатра и далее по списку.
Её любил и высоко ценил главный режиссер театра Рубен Симонов. Много лет с ней работала Александра Ремизова (из первых учениц Вахтангова), талантливый постановщик и воспитатель актеров. Для неё ставил спектакли Евгений Симонов, однокурсник Юлии Борисовой, любивший её всю жизнь. Её мужем был могущественный директор-распорядитель Вахтанговского театра Исай Спектор. Поэтому ей приходилось постоянно доказывать, что её успехи и достижения – это в первую очередь и только её заслуги: дарование плюс колоссальный труд. Её принцип работы: не рассуждай на репетициях - ты не искусствовед, не спорь с режиссерами…
Мария Аронова рассказала, как на вручении премии «Хрустальная Турандот» Юлия Борисова передала ей, словно знамя, рушник, врученный ей когда-то учеником Станиславского великим актёром Василием Топорковым. Он тогда сказал Борисовой: «потом передашь тому, кто будет достоин». И она передала Марии Ароновой.
На вечере читали стихи, которые написал Юлии Борисовой влюбленный в неё Евгений Симонов: «...Не ты ли для сцены была рождена, и так вдохновенно Царила одна?»…
Совершенно неожиданно прозвучал рассказ о том, как до поступления в Театральное училище имени Щукина (это было в 1943 году), Юлия Борисова ни разу (!) не была в драматическом театре. Она бывала в Большом, в Оперетте, в цирке и Консерватории, ходила в кино, но не в драму. В детском возрасте не участвовала в самодеятельности, не играла в любительских школьных спектаклях. По математике успевала лучше, чем по литературе…
Кинорежиссер Иван Пырьев долго и упорно уговаривал её на роль Настасьи Филипповны в «Идиоте», она отказывалась. Не хотела «размениваться» на кино. В профессии старалась всё доказать на сцене. Поэтому в кино у неё всего три роли. Муж уговорил отступить от своих правил и сняться у Пырьева: «Снимись хоть в одной картине, попробуй…».
Ирина Купченко вспоминала, как трепетно и заботливо относился к Юлии Борисовой главный рыцарь вахтанговской труппы Василий Лановой. На гастролях он носил ей чемоданы, следил, чтобы номер в гостинице был удобный, а в неудобном мог и мебель передвинуть, лишь бы Юлии Константиновне было комфортно.
В конце вечера на сцену вышли не только артисты, принявшие в нём участие, но и внуки и правнуки Юлии Борисовой – большая и дружная вахтанговская семья.
https://www.mk.ru/culture/2025/03/28/v-teatre-vakhtangova-vybrali-cheloveka-teatra.html 28.3.2025 В театре Вахтангова выбрали «Человека театра» Международный день театра 27 марта отмечали два дня: не обошлось без сюрпризов Международный день театра, который все отмечают 27 марта, театр Вахтангова провел аж в два дня. И оба они были наполнены сюрпризами.
Накануне профессионального праздника всех театралов в Вахтанговском провели ночную экскурсию. Маршрут, по которому она проходила, завёл зрителей в пространства, которые, обычно, недоступны для простых смертных. Даже в рамках репертуарных экскурсий по Театру. На этот раз театральным полуночникам позволили заглянуть в гримерки известных артистов, в цеха и мастерские. Их даже отвели в запасники, где хранятся декорации и костюмы, и познакомили с техническими секретами рабочих галереей и сцены.
А журналистов ждал сюрприз - новое мультимедийное музейное пространство, которое расположится в историческом здании Театра на уровне балкона. Пока оно не готово к приёму гостей - здесь во всю идут работы. Зато известно его название - «Гений места». С помощью новейших технологий оно позволит погрузится в разные периоды более чем столетней истории Театра Вахтангова. В экспозиции два смежных зала: первый посвящен выдающимся режиссёрам, чьи имена составили славу не только Вахтанговского, но и внесли значительный вклад в развитие российского и мирового театрального искусства. А во втором зале представят этапы преобразования самого здания театра и историю места - Арбат, 26. Идея нового мультимедийного пространства принадлежит директору театра Кириллу Кроку, а в его разработке и создании участвовали художник Максим Обрезков, режиссёр Ася Князева, автор текста Денис Сутыка, а также артисты и сотрудники театра Вахтанговский станет первым театром, где зрители обойдутся без помощи экскурсовода.
И вот только что на исторической сцене завершилась церемония вручения Вахтанговской премии «ЧЕЛОВЕК ТЕАТРА». Ее символ – ювелирная брошь в форме веточки сирени – любимый цветок Евгения Вахтангова (авторская работа Максима Обрезкова) - получили шесть вахтанговцев, и самое интересное, что среди награждённых только один артист - уникальный Олег Форостенко, который работает в Вахтанговском 63 года. Остальные - сотрудники закулисья, чья работа не на виду, но очень важна. Это музыкальный руководитель театра Татьяна Агаева, завотделом кадров Ольга Кораблина, хормейстер Ия Мустафина, фотограф и оператор Валерий Мясников, обувщик костюмерного цеха Людмила Сошилова.
Напомню, что премию эту ещё в 2015 году учредил Римас Туминас - она вручается раз в два года. Лауреатов выбирают путём тайного голосования всего коллектива. С момента первой церемонии 35 актёров, режиссёров и сотрудников театра удостоены этой награды.
А еще в рамках церемонии в третий раз вручили специальную премию «Путёвка в жизнь» имени Этуша – молодому актёру за лучший дебют на Вахтанговской сцене. Им стал стажер Егор Разливанов. Он только что успешно сыграл в премьерном спектакле «СТО БЕД». Премию вручила вдова великого артиста.
Директор Государственного академического театра имени Вахтангова Кирилл Крок считается одним из самых прогрессивных руководителей, которые отмечают как достоинства, так и недостатки в культурной сфере. По его мнению, слияние театров Москвы и новые правила продажи билетов по паспортам — не лучшая инициатива властей столицы. Как Крок относится к новому художественному руководителю «Ленкома», покойному режиссеру Римасу Туминасу и театру Надежды Бабкиной — в эксклюзивном интервью NEWS.ru.
Почему Крок против билетов по паспортам в театрах — С 15 марта департамент культуры ввел именные билеты в подведомственных учреждениях. Знаю, вы негативно к этому относитесь. Почему?
— Объясню. Новость о введении именных билетов нельзя оценить просто словами «плохо» или «хорошо». Проблема очень многослойная. В декабре 2024 года театр Вахтангова ввел именные билеты на три своих спектакля из 64. Мы сами так сделали, чтобы постараться побороть перекупщиков. Речь идет о спектаклях на Новой сцене, где 230 мест.
Когда в один из месяцев я увидел, что треть билетов продается на сайтах перекупщиков по 25–30 тысяч, то понял, что как директор театра должен в это вмешаться. Но законодательно у меня нет инструментария. Я могу написать заявление в прокуратуру, если нарушают мои авторские права, используют фотографию театра или наш логотип, но они занимаются коммерческой деятельностью.
Эти люди приобрели наш билет в день предварительной продажи. Он стал их собственностью, и с ней человек может делать все, что хочет. Поэтому мы ввели именные билеты и очень жестко проверяли на входе документы, соответствие билета и паспорта, который человек обязан предъявить, не принимая ни ксерокопию документа, ни фотографии.
Мы увеличили службу контролеров, билетеров, администраторов. И все равно на сличение паспорта и билета ушло очень много времени. Хотя мы и так спектакли никогда вовремя не начинаем.
— Мера сработала?
— Да. Конечно, в единичных случаях кто-то пытался перепродать билет. Но это не носило массовый характер. Многие зрители сначала возмущались, но через два месяца сказали: «Господи, спасибо. У нас хотя бы появился шанс купить билет на „Генерала и его семью“, на „Наш класс“, на „Утиную охоту“».
Я не могу ввести такие меры на Исторической сцене, где тысяча мест. Но с удовольствием бы ввел, потому что вижу у перекупщиков по 50 билетов на «Войну и мир», «Евгения Онегина» и «Мадмуазель Нитуш». Наши билеты стоят 3000–5000 рублей, у них — 30 тысяч. Люди просто наживаются на этом. Причем, считаю, даже не платят налоги.
И опять-таки у меня как у директора, как у юридического лица нет прописанного в законе инструментария, чтобы как-то ограничить их деятельность. Я напишу жалобу в полицию, в лучшем случае они перезвонят по телефону, указанному на сайте, скажут, что на них написали заявление. Перекупщики закроют один сайт, тут же запустят новый.
Теперь вы мне объясните, почему департамент культуры города Москвы в 100% театров и концертных организаций, в Бибирево или где-то там в Южном Ясенево, ввел именные билеты.
Почему? Там что, спекулянты? Вот 99% театров, которые подведомственны департаменту культуры, вообще не знают, что такое перекупщики и как зал заполнить. Там с кем борются? Это Дон Кихот, который борется с ветряными мельницами. Мне больше ничего не приходит на ум, поэтому я не понимаю эту инициативу.
— Говорят, что это пилотный проект.
— Тогда в нем не должны участвовать все 100% подведомственных департаменту учреждений. Обычно берется два-три театра. Делаем, смотрим, анализируем, обсуждаем с профессиональным сообществом. Как, что, к чему привело, какие результаты и так далее.
Нам говорят, что это вопросы безопасности. О какой безопасности можно говорить, когда уже многие объявили, что за час до спектакля можно прийти в кассу и там оформят билет? Сегодня у продвинутых театров города Москвы 98% всех билетов продаются онлайн. Когда я что-то оплачиваю в интернете, то и так делюсь своими персональными данными карты и так далее.
В чем минусы сервиса «Мосбилет» — В чем вы видите истинные причины происходящего?
— Я понимаю ситуацию так: правительство Москвы заказало написание билетной платформы «Мосбилет», сама идея иметь в Москве такой сервис хорошая, нужная, но создать такую платформу за столь короткий срок для всех учреждений города (музеи, театры, парки и прочее) нереально. На это потратили огромные деньги — и сейчас нужно доказать эффективность вложений.
Новый сервис неудобен не потому, что разработчики плохие, просто у каждого театра свой принцип продажи билетов. Где-то динамическое ценообразование, где-то открытое поле, как у нас, когда мы шлюзуем, то есть подсоединяем бесплатно всех, с кем мы работаем, к нашей билетной программе, к нашему билетному оператору. И они также могут продавать билеты в режиме реального времени, открытого информационного окна. Кто-то работает только по квотам, кто-то — вообще по другим принципам.
Поэтому «Мосбилет» не может за короткое время учесть все эти нюансы и отработать с каждым театром так быстро. Это просто невозможно. Мы с оператором отлаживали нашу билетную историю год, чтобы все более-менее работало, без накладок.
— Департамент не связывался с профессиональной сферой?
— Нет, почему же, связывались. Они всем директорам, худрукам сказали: «Постановление вышло — ваше дело исполнять, а не комментировать».
— Вы чуть ли не единственный директор театра, который открыто высказывается на эту тему.
— Но кто-то же должен сказать. Я не только на эту тему высказываюсь. Например, говорю по поводу грязи в театре. Если меня спрашивают, почему я должен врать? Я же не буду как, извините, директор театра «Модерн» говорить на камеру: «Мы первые поддержали эту инициативу». Какую инициативу? Что вы поддержали?
Или когда просят известных музыкантов, маэстро, дирижеров высказаться на эту тему. Они же вообще не в теме. Они не менеджеры, не понимают особенностей проблемы. Они говорят: «Да, хорошо, что мы боремся со спекулянтами». А дальше-то что?
— А у вас есть конкретное предложение, чтобы решить проблему со спекулянтами?
— Мы уже давным-давно через Госдуму предлагаем ввести поправку в закон о культуре, которая действительно сможет серьезно ударить по спекулянтам. Не уничтожить полностью всех, но создать серьезные проблемы.
Смысл один. Вот я вижу, наши билеты на спектакли «Евгений Онегин», «Война и мир» продаются на страничке в ВК у одной дамочки. Пока я могу только написать ей в личном сообщении: «Милая, ты делаешь плохо». Она мне скажет: «Пошел ты! Кто вы такой? Кто вас сюда звал? Это моя собственность, хочу и продаю». И будет права.
Там не только наши билеты, но и других театров. Если бы была предпринята попытка принять изменения в закон, который бы позволял мне как театру написать заявление в Роскомнадзор, указать аккаунт в интернете, что это, с моей точки зрения, незаконная деятельность, Роскомнадзор заблокировал бы аккаунт соцсети, «Авито», сайт «Зеркало», какой-то еще ресурс на 30 дней.
— Но они создают новый аккаунт, сайт или страницу на «Авито». Это погоня за зайцем получается.
— Так или иначе мы отобьем у них желание перепродавать свои билеты, потому что где бы они их ни выставили, через три дня аккаунт будет заблокирован.
Это, по моему мнению, реальные меры по борьбе со спекулянтами. Сегодня, по сути, все махинации с билетами происходят в интернете. Мы должны понимать, что это незаконная предпринимательская деятельность. Эти люди не платят никаких налогов.
Если мы с кем-то из билетных агентств или физических лиц заключаем договор, то платим им комиссионные около 10%. Они делают наценку на наш билет, с разницы платят НДС и налог на прибыль. Те же дельцы ничего не платят и торгуют «вчерную». Поверьте, оборот этого рынка исчисляется миллиардами, а в государстве никому дела до этого нет.
Пострадали ли маленькие театры из-за продажи билетов по паспортам — Самый серьезный урон несут маленькие театры?
— Небольшие театры уже официально потеряли от 12–45% вала. Мы сравниваем цифры за март этого года и 2024-го. У них просто остановка продаж, серьезные финансовые потери. Люди боятся, не хотят вводить паспортные данные, говорят: «Я тогда лучше не пойду». Департамент предлагает сертификаты. Скажите, зачем изобретать велосипед? Была нормальная процедура. Я купил билеты, подарил родителям. Почему я должен дарить им сертификат с QR-кодом на «Мосбилете»? Мои родители или я должны зайти на сайт и выкупить эти билеты?
— Многим просто сложно это сделать.
— Зачем создавать непонятные цепочки? Повторю, в Москве есть два-три театра, в которых есть по два-три спектакля, на которых орудуют спекулянты. Все мы хотим их побороть. Пускай те театры сделают именные билеты, как Большой сделал на «Щелкунчика». Но есть другая проблема — контроль билета и паспорта. Это гарантирует гигантскую очередь на входе.
— А если зима?
— Дождь, снег, а если кому-то плохо станет плохо в очереди? Представляете, как люди будут возмущаться. Зрители приходят в театр за пять — семь минут до начала спектакля. Никто не приходит к шести. Есть работа, дела, семья. Почему я теперь должен приходить на час раньше, чтобы показывать паспорт? С чем это связано?
Я бы еще мог понять, если бы, например, департамент культуры и правительство Москвы восполнили им недополученные доходы. Но об этом даже речь не идет.
Ведь от тех же театров мэрия Москвы, как и от нас министерство, требует увеличения собственных доходов и эффективности. Всем ставят в госзадание рост доходов от уставной деятельности. То есть продажа билетов, гастролей, продажа сувенирной продукции должна расти от 10 до 15% каждый год.
Люди потом удивляются, почему цены поднимаются? А как театру удержаться? А как быть маленьким театрам? Люди и так туда плохо ходят, а так и вовсе перестанут. Это приведет к стагнации, к сокращению зарплат и финансовых возможностей театров. Мы должны, наоборот, им помогать...
Отправлено: 03.04.25 09:45. Заголовок: продолжение https:/..
продолжение
...«Как можно было соединить театр МОСТ с театром Моссовета со 100-летней историей?»
— Кажется, этот идет вразрез с государственной политикой сохранения культурного достояния страны.
— О чем вы говорите, если теперь ни один театр в Москве, который подчиняется департаменту, не может самостоятельно купить букет цветов. Все через конкурс. Сегодня театры вынуждены брать в штат не молодого артиста, а увеличивать штат специалистов по государственным закупкам, со средней зарплатой до 150 тысяч рублей. Зачем вы это делаете?
Как можно было соединять театр «Сфера» с театром «Эрмитаж». Так Михаил Левитин, художественный руководитель «Эрмитажа», говорит: «Я туда никогда не ходил и ходить не буду». А их вместе соединили. Как такое может быть?
Два совершенно разных по эстетике пространства, но оба находятся в саду «Эрмитаж». Просто у «Сферы» есть старенькое здание, а у Левитина — на вечном капремонте. Давайте соединим. Или как можно было соединить студенческий театр МОСТ с профессиональным театром Моссовета со 100-летней историей? У них разные задачи.
— В итоге мы видим, что труппы соединили, но люди жалуются, что сидят без работы...
— Причем на это не стали меньше тратить. Я глубоко убежден, даже если сократить одну должность директора театра с окладом, например, 120–130 тысяч, если умножить это на 12 месяцев, на единый социальный налог и все внебюджетные фонды, то за эти деньги мы ни один подъезд Москвы не отремонтируем. В рамках многомиллиардного бюджета Москвы это вообще ни о чем.
Сегодня считают, что городу не нужно такое количество театров. Это не эффективно. Давайте честно скажем, не будем издеваться над людьми. Хотя я считаю, что без разных маленьких театров в Москве никогда и не вырастет что-то большее. Мы можем привести десятки таких примеров из театральной истории нашей страны.
Вспомните бывших студентов Школы-студии МХАТ Олега Николаевича Ефремова и Галину Борисовну Волчек. Никому не известные молодые артисты создали свою театральную студию, а сегодня «Современник» — гордость страны.
Или давайте вспомним зачуханный, загаженный театр драмы и комедии на Таганке. И вдруг Юрий Петрович Любимов с нашими студентами Щукинского театрального института приходят туда с «Добрым человеком из Сезуана». И театр становится брендом Советского Союза на всемирном культурном поле. Любимов становится фигурой. А можно было бы тоже закрыть. Туда же никто не ходил. Сэкономили бы народные деньги.
— Зачем все это делается?
— Я не знаю. Когда о культуре судят только с точки зрения экономического анализа, наверное, поступают правильно. Но надо смотреть на перспективу и понимать, что театр — это финансоемкое занятие. Сюда нельзя вложить деньги, как в бизнесе, и через два года получить результат. Это надо понимать.
Как и то, что из 20 театров в городе только пять будут на слуху, остальные могут то проснуться, то уснуть, это нормальная творческая жизнь.
«Казалось, что театр Вахтангова куда-то проваливается» — У Вахтанговского театра ведь тоже был сложный период жизни.
— В последние годы руководства Михаила Ульянова, когда он был тяжело болен, казалось, что театр Вахтангова куда-то проваливается. Здесь сидело по 150 человек в тысячном зале, и, по мнению сегодняшних экономистов-чиновников, надо было закрывать театр и сделать прокатную площадку.
И это уже было в театре при прежнем директоре. Они играли в четверг, пятницу, субботу, воскресенье, а в понедельник, вторник, среду сдавали здание под антрепризу. И тут по приглашению Михаила Ульянова приходит Римас Туминас. И буквально через два года спящий театр, как говорили сами артисты, «наш театр — это кладбище талантов», становится центром театральной жизни. На «Дядю Ваню» было невозможно купить билет.
Но экономисты и чиновники не знают этих примеров. Им кажется, что это вот напрасно и неэффективно работающие театры.
— Пожилые люди до сих пор составляют основную часть зрителей?
— Нет. С введением «Пушкинской карты» я вижу каждый день огромное количество школьников и студентов, которые заполняют фойе Вахтанговского театра. До создания этой федеральной программы в театре было значительно меньше молодежи.
«У нас не было и не будет никогда билетов по 15–20 тысяч» — Учитывая, что большая часть билетов продается онлайн, как пенсионеры справляются с покупками?
— С этим есть проблемы. Когда мы открываем продажу билетов на нашем сайте, в минуту на него заходят до 50 тысяч пользователей. И, конечно, они тыкают на одни и те же места в зале. Система зависает. Мы предпринимаем все возможное, чтобы сайт работал без сбоев.
То же самое делает наш билетный оператор. Он добавляет мощности прохождения этих потоков. Бывают проблемы, поэтому мы не закрываем физическую кассу. В отличие от многих московских театров, наши функционируют каждый день. За час до открытия предварительных продаж на Арбате выстраивается очередь, потому что люди знают — на сайте билетов уже нет, а здесь можно успеть купить.
И молодые, и старые приходят за час, стоят в очереди, как в советские времена. Есть спектакли, на которые мгновенно все раскупают. Мы играем их два-три раза в месяц. Больше не можем. У нас большой репертуар. Надо всех обеспечить работой.
Я читаю жалобы, что кто-то не успел купить билет на «Утиную охоту» или на постановку «Генерал и его семья». Зрители очень любят эти спектакли и могут ходить на них по 12 раз. Не каждый пойдет смотреть на балкон, и не все могут купить билет в партер. При этом я подчеркну, что у нас не было и не будет никогда билетов по 15–20 тысяч. Это наша принципиальная позиция.
«Не хочу получить зрительскую аудиторию теток на лабутенах с накаченными губищами» Я считаю, что билет не может стоить 20-25 тысяч рублей. Если я хочу пойти с девушкой в театр, то отдавать 50 тысяч за вечер — это перебор. Я понимаю, что Москва — богатый город и что даже билеты за 20-25 будут проданы. Но я не хочу получить зрительскую аудиторию теток на лабутенах с накаченными губищами.
Она придет, потому что это модно. Там же билеты по 20-25 тысяч. Такая логика действует. Я не хочу такую аудиторию. Мы не ориентируемся на аудиторию, на которой можно больше заработать. Да, можно было всем зарплату еще больше платить, хотя она и так достаточно высокая у нас в театре, если сравнивать с другими театрами. Но я понимаю, что мы заплатим чем-то более дорогим, чем зарплата. Знаете, Раневская сказала: «Миленький, деньги рано или поздно закончатся. Позор останется на всю жизнь» Поэтому не хочу.
«Когда мне будет 70 лет, мне тоже будет не до паркета в фойе театра»
— Еще одна кровоточащая рана — это эффективные театральные менеджеры. Почему существует такая проблема?
— Вот приходит молодой артист в театр, никому не известный. Если мы каждый год не будем принимать молодых артистов, поверьте мне, у нас в труппе никогда не появится Василий Лановой. Я всегда говорю артистам, что театр — это забег на длинную дистанцию. И подводить итоги можно только через пять — семь лет. То же самое с режиссурой и с театральными менеджерами.
Их надо воспитывать, давать им возможность. Я возглавляю Вахтанговский форум театральных менеджеров и знаю многих талантливых людей, которые сердцем горят и хотят работать, хотят проявить себя и взять на себя ответственность. Но что мы видим? Безумное объединение театров, слияние и так далее.
Недавно я написал в своем Telegram-канале про черный паркет в одном московском театре. А знаете, почему там такой пол? Просто всем все равно, всех все и так устраивает. Когда мне будет 70 лет, мне тоже будет не до паркета в фойе театра. На все нужна жизненная энергия. Когда нет сил, вот такое происходит.
— Почему же этим талантливым людям не дают работать?
— Сейчас много всяких форумов, школ, каких-то курсов и других социальных лифтов. Но учредителем театра является государственный орган исполнительной власти. И я глубоко убежден, что все знают, где черный паркет, где низкие зарплаты, где ничего не происходит. Но никто не хочет брать на себя ответственность, что-то менять и рисковать.
«Никто не хочет прийти в театр и два-три года разгребать „авгиевы конюшни“»
— Как вырастить театральных лидеров?
— Им надо дать театр, развязать руки, помочь с финансированием на первых порах. А дальше через несколько лет посмотреть. Ничего другого. Им надо дать возможность ставить и работать.
А как можно взрастить режиссера? Можно только дать ему возможность работать. И все будет видно: нашел ли он общий язык с труппой, службами, успешные его спектакли или нет. Вы знаете, что у Римаса Туминаса получился только третий спектакль в театре Вахтангова?
Сначала он выпустил «Последние луны» с Ириной Купченко и Василием Лановым. Спектакль никак не прогремел. Потом он сделал почти со всей труппой постановку «Троил и Крессида» Шекспира, но ее современный язык не очень подошел к сцене Вахтанговского театра, и были полупустые залы.
Я тогда уже пришел в театр, и мы были вынуждены его снять из репертуара, потому что на него публика плохо ходила. Спектакль опередил свое время. И только третий спектакль «Дядя Ваня» взорвал всю театральную Москву. А можно же было тоже пойти другим путем, сказать: «Все, не надо, до свидания».
— На продюсеров, менеджеров, управленцев учат в Театральном институте имени Бориса Щукина, ГИТИСе, Школе-студии МХАТ, но кажется, выпускники не доходят до самих театров.
— Сегодня у молодых ребят другой ход мысли и ментальность. Я сам пять лет преподавал в ГИТИСе и выпустил курс. Знаете, на что все заточены? На проектную деятельность.
Никто не хочет прийти в театр и два-три года разгребать «авгиевы конюшни». Куда лучше написать заявку на конкурс, выиграть деньги, реализовать проект, получить свое и уехать отдыхать, ни за что не отвечать. В театре плоды работы можно увидеть порой только через три года, а грести надо каждый день.
«В каком театре ты за месяц заработаешь 300 тысяч? Где такие зарплаты?»
— Время такое?
— Да, но театр требует служения. Причем за небольшие деньги. А так никому не хочется. Вы знаете, что половина способных режиссеров тоже не желает идти куда-то главным режиссером? Зачем? Приехал, поставил спектакль за 300–600 тысяч рублей, выпустил, сыграли, уехал. Через две недели в другом театре начинаешь ставить другой спектакль и ни за что не отвечаешь.
А в каком театре ты за месяц заработаешь 300 тысяч? Где такие зарплаты? За это надо сидеть, корпеть, что-то делать, каждый день ходить в театр. Мы их тоже к этому уже приучили. Поэтому, когда мне говорят про директорский театр, я отвечаю, что не испытаю от этого ничего хорошего. Никаких чувств.
Я испытывал чувство радости, когда рядом был большой художник и я ему служил, потому что работал с гениальным человеком. Имя Римаса Туминаса еще будет вознесено в театральном мире. И я безмерно счастлив, что 13 лет жизни провел рядом с этим человеком.
Он научил меня пониманию в театре, честности в профессии, отношению к людям, не показному, на конференции или на форуме, когда все улыбаются и говорят приятные слова, а в повседневности.
Скажу честно, у меня ощущение какой-то приближающийся катастрофы. С одной стороны, я вижу, как государство много говорит и направляет средства, чтобы изменить эту ситуацию. Делают бесконечные аналитические отчеты, я все время с кем-то общаюсь, участвую в форумах, симпозиумах, совещаниях, конференциях, мозговых штурмах, но ничего не меняется. А должно меняться с Москвы.
«Театр — это ребенок. Ты его воспитываешь и ухаживаешь за ним каждый день»
— На ваш взгляд, один человек может успешно справляться с двумя, а иногда и тремя театрами?
— Я не знаю. У нас, к примеру, шесть сцен. И мне не всегда хватает времени, чтобы пожелать артистам хорошего спектакля на Основной сцене, зайти на Новую и посмотреть, что у нас идет на минус первом этаже в Арт-кафе.
Я иногда вырываюсь из кабинета и бегу через дорогу на Симоновскую сцену. Просто понимаю, что обязан там быть. А если бы это было где-то с московскими пробками и сложной логистикой? Театр — это ребенок. Ты его воспитываешь и ухаживаешь за ним каждый день.
— Вы можете назвать талантливых молодых управленцев в Москве?
— Зачем я буду кого-то сейчас называть? Кого-то не упомяну, обидятся. Есть, конечно, очень способные люди.
Как Крок относится к худруку «Ленкома» Панкову — Худрука «Ленкома» Владимира Панкова можно назвать таким человеком?
— Безусловно.
— Как вам кажется, он сможет вдохнуть жизнь в "Ленком"?
— Мы хорошо общаемся с Володей, и я желаю ему только успеха. Но как его хватит и на его театр, и на курс в институте, и на «Ленком», я не очень понимаю. Даже если Володя будет работать 24 часа в сутки, ему будет очень сложно.
Я хочу искренне пожелать только успеха и побед в театре, но ему придется заниматься не только творчеством, а еще многими административно-финансовыми проблемами. Когда театр превращен в источник дохода и фактически содержит мутных продюсеров, которые непонятно что туда вложили, для меня это дико.
— На ваш взгляд, Владимир Панков верно поступил, соединив Центр драматургии и режиссуры и «Ленком»?
Отправлено: 03.04.25 10:37. Заголовок: продолжение https:/..
продолжение
..«Театр Бабкиной тоже не имеет права называться театром»
— В театре Людмилы Рюминой такая же история?
— Есть площадки, которые не имеют права называться театром. Театр Бабкиной тоже не имеет права называться театром. Они были ансамблем русской песни и занимали прекрасную нишу. Она нам необходима. Это тоже часть нашей культуры.
С какого перепуга они вдруг стали академическим театром и все время лезут на поляну драматического музыкального? Вы сильны в народном творчестве, в пении, в преломлении фольклорных традиций в сегодняшнее современное время. Занимайтесь этим! Это ваше поле непаханое.
Зачем вы беретесь делать какие-то мюзиклы? Даже если поете там парочку народных песен? Я был очень хорошо знаком с великой русской певицей Людмилой Рюминой. Она строила это место не как театр, а как Всероссийский фольклорный центр.
Ее задачей была популяризация русского народного фольклорного творчества. А сейчас там опять-таки пытаются делать какие-то гнилые антрепризы, а там ничего под это не сделано.
Там маленькая сцена, нет закулисного пространства. Рюмина строила сцену и зал для ансамбля русских народных инструментов, чтобы помещались танцоры, певица и баянист. Я говорю без сарказма. Это наша национальная культура. Но потом на должность директора поставили какого-то жулика, которого сейчас, слава богу, сняли.
— 6 марта был год со смерти Римаса Туминоса и два с момента, как он перестал быть художественным руководителем театра Вахтангова. Несмотря на лишение режиссера правительственных наград, в репертуаре стоят его 10 спектаклей, на большинство из которых невозможно купить билеты. За это время вы сталкивались с вопросами, правильно ли сохранять плоды творчества режиссера в театре?
— Мы сохранили весь репертуар, который создавали вместе с ним. И я надеюсь на их долгую творческую жизнь.
Есть очень много людей, которые не очень хорошо ориентируются в теме, что сказал Туминас, а чего не говорил. Президент России Владимир Путин сказал на культурном форуме очень правильную вещь: «Российская культура всегда обращена к человеку. Все лучшие, ставшие классикой произведения отражали его внутренний мир, искания, переживания, ставили волнующие его вопросы, учили думать, оценивать и делать выводы». Именно об этом спектакль «Война и мир».
Позволю и дальше процитировать президента: «В целом ряде государств, и прежде всего в так называемых западных, подобные явления не просто проникли в политику, общественную жизнь, в спорт, образование, а зачастую правят бал в этих сферах, агрессивно навязываются — именно там. Достаточно упомянуть такое явление, как культура отмены. Иначе говоря, публичный остракизм, бойкотирование, а то и полное замалчивание, забвение очевидных фактов, книг, имен исторических и современных общественных деятелей, литераторов, просто людей, которые не вписываются, не укладываются в современные шаблоны, какими бы абсурдными они на самом деле ни были».
Как куча взрослых людей накинулась на человека, который бережно и терпеливо вел театр Вахтангова своим руководством только вперед почти 15 лет, при котором театр обогатился невероятной режиссурой, при котором театр вошел с триумфом во второе столетие своей истории и не сходил из театральных новостей, причем как международных, так и отечественных. Человек, который дал столько культуре России, сколько не каждый рожденный в РФ дал за всю свою жизнь.
Как отвратно видеть людей, которые ни одной постановки режиссера не видели, но будут, конечно, громче всех вопить и оскорблять. Которые за один проступок будут швыряться отвратительными словами и призывами. Его любят называть предателем. Какой он предатель?
Иностранный гражданин много лет работал в России, уехал до начала СВО. Дальше его, больного человека, развели на какой-то неприличный разговор. Он нигде официально не делал никаких заявлений.
Эти люди ничего не создадут. Они никогда не поставят «Евгения Онегина», не создадут спектакль «Война и мир» и никогда не дадут артистам великие роли в постановках.
17 марта мы отмечали 100-летие Юлии Константиновны Борисовой, народной артистки Советского Союза, которая 75 лет прослужила в Вахтанговском театре. Со сцены зачитали ее письмо Римасу Туминасу. Она говорит: «Вы вдохнули в Вахтанговский театр новую жизнь. Вы мне на последнем этапе моей жизни дали две прекрасные роли, которые поддерживали меня в этой жизни. И может, благодаря тому, что я выходила на сцену в вашем спектакле, я до сих пор жива».
«Не знаю больше театра, который бы потратил более семи миллионов на нужды фронта»
— Два года театр Вахтангова живет без Римаса Туминаса в качестве художественного руководителя. Какое время должно пройти, чтобы труппа оправилась от утраты такого лидера и приняла к себе новое лицо?
— Во-первых, место должно остыть. Нравится это кому-то или нет. Наш театр Вахтангова поддерживает СВО, покупает специальную технику, собирает ежемесячно гуманитарную помощь. Я не знаю больше театра, который бы потратил более семи миллионов на нужды фронта, помогал нашим бойцам, которые ушли из театра служить на фронт.
Пусть меня снова обвинят в русофобии, но после гения должно пройти время. Что значит примет труппа? Если есть цель развалить, наверное, самый эффективно работающий в стране театральный механизм, то это сделать просто.
Не нужно долгих решений. Это можно сделать за два-три месяца. А чтобы возродить театр или создать, нужны десятилетия. Но я очень рад, что во власти есть люди, которые это понимают и принимают.
Обязательно появится человек, который, как Римас, придет в театр не самоутверждаться, а работать с труппой. Который будет не строить себе золотой замок, а будет ставить спектакли, убеждать всех своим творчеством и силой таланта на сцене.
Я очень рад, что сегодня ученик Римаса Туминаса Анатолий Шульев является главным режиссером нашего театра.
Взяли ли обратно в театр Вахтангова уехавшего после начала СВО, но вернувшегося в РФ актера
— Не могу не спросить об актерах, которые с начала СВО уехали из России. Как считаете, если условно Чулпан Хаматова или Анатолий Белый вернутся в РФ, насколько охотно их примут в театры?
— Откуда я могу говорить за все театры? Анатолий Белый работал в МХТ им. Чехова, Чулпан Хаматова — в Театре наций. Я не могу за них решать.
В начале СВО у нас тоже один молодой артист психанул, уехал, потом через полгода вернулся, мотался там-сям и понял, что нигде особо не нужен. Он написал мне: «Можно с Вами встретиться?» Я говорю: «Зачем?» Пишет: «Я хочу с вами поговорить».
Причем ушел, что называется, хлопнув дверью. Записал видеообращение в кружочек, как сейчас принято, из аэропорта со следующим текстом: «Простите, вот такая ситуация. Я не хочу воевать, а у меня военная специальность. Я не хочу погибнуть, я вообще пацифист».
А потом он вернулся и говорит: «Я все осознал и хотел бы попросить у вас прощения, вернуться в театр». Я сказал: «У меня прощение ты можешь попросить, я тебя простил. А театр тебя не простит». Он предложил перед всей труппой на колени встать. Но я ответил, что такие жертвы никому не нужны.
Если вы спрашиваете лично меня, я категорически против. Даже тех, кто просто решил уйти из театра, не в рамках СВО, я не возьму обратно. У меня в этом плане очень жесткая позиция не только по отношению к артистам, но и к службам.
Ты уехал, мы живем дальше. Тогда мы целый месяц занимались вводами на его роли в спектаклях, бесконечными репетициями с артистами. Это все время, деньги, нервы... А ты вдруг приехал, что теперь, будешь играть в дубль с тем, кто встал вместо тебя?
Раз вернулся, иди бегай по кастингам, по дешевым сериалам, может, в театр какой-нибудь возьмут, но Вахтанговского театра в твоей судьбе больше никогда не будет.
— Что вы думаете о должности президентов театра. Можно ли сказать, что ее специально создали для пожилых художественных руководителей?
— Мне кажется, президент в стране один — Владимир Владимирович Путин. Что это за должность — президент театра, который ни за что не отвечает, получает зарплату, имеет кабинеты, машину? Мне это непонятно.
Даже если у тебя есть неимоверные заслуги, останься на какой-то общественной должности председателя художественного совета. Я не понимаю такое, если честно. Мне кажется, если ты что-то умеешь делать, обладаешь опытом, знаниями, иди преподавать студентам. Это благородно.
У меня ощущение, что некоторые наметили себе две жизни. Но после тебя ничего не остается. Только холмик два на два. Больше ничего. Там ничего не нужно.
«Доронина живет в санатории. За ней уход 24 часа в сутки»
— Знаете ли вы, помогают ли сейчас Татьяне Васильевне Дорониной?
— Я общался с Владимиром Кехманом. Насколько я знаю, Татьяна Васильевна живет в санатории. За ней уход 24 часа в сутки. При ней врач и медсестра.
— Принимает ли в этом участие в театр?
— Я так понимаю, что это происходит благодаря театру. Потому что когда человек в таком состоянии, то кто-то должен оплачивать персонал и место в санатории. Я думаю, что театр это организует.
Перед тем как многие наши великие артисты уходили из жизни, театр Вахтангова оплачивал им отдельную палату, полный уход и врачей. И сейчас мы помогаем нескольким людям, оплачиваем сиделок, созваниваемся, передаем котлетки, супчик из актерского буфета.
Если человек просит помощи, нет отказа. Та же Юлия Борисова последние месяцы провела в специальной клинике. За ней был отдельный уход. Театр все оплачивал. А как иначе? Вы знаете, что вклад этой женщины в историю Вахтанговского театра больше, чем любые деньги? Есть разные ситуации, но нельзя бросать людей.
«Театр не может быть с черным паркетом в фойе, как в Московском театре юного зрителя»
— Люди часто ищут ответы на волнующие их вопросы в прошлом. Сетуют, что нет второй Галины Борисовны Волчек или Олега Павловича Табакова. Но мир быстро меняется, а меняются ли зрители?
— Сегодня зритель стал более требовательным. Он стал очень считать личное время, потому что время — самый ценный ресурс. Не деньги за купленный билет, а именно время, которое оторвал от своей жизни, чтобы потратить на нас в театре.
Поэтому правильно, когда зритель, помимо требований к спектаклю, предъявляет их ко всему, что его окружает во время пребывания в нашем доме. Понятно, что театральный зритель в большинстве своем идет на режиссеров, на названия спектаклей или на артиста.
Я не устану повторять, что, если зрителю нахамили в гардеробе, никакой Сергей Маковецкий на сцене поможет. Мое глубокое убеждение, что театр не может быть с черным паркетом в фойе, как в Московском театре юного зрителя. Это тоже влияет на атмосферу творчества. Это этика Станиславского. Я ничего нового не придумываю.
В 2024 году мы ввели сервис, чтобы при покупке билета на Историческую сцену зритель сразу мог забронировать себе столик в буфете перед началом или в антракте. И нет ни одного спектакля, чтобы не были раскуплены все места. Это говорит о том, что зритель хочет качественный сервис, а не просто «пришел, посмотрел, ушел».
— За какими эмоциями, на ваш взгляд, идет зритель?
— Не думаю, что кто-то сегодня ищет легкий жанр, бестолковую комедию. Люди идут в театр за двумя, с моей точки зрения, эмоциями: поплакать или посмеяться. И если зритель к концу спектакля достиг этих эмоций или получил сразу две эти эмоции в течении вечера, то я считаю, что театр свою главную функцию выполнил.
Самое важное — это сострадание к тому, что происходит на сцене. Когда в темноте тысячного зала каждый проявляет сострадание и эмпатию к тому, что происходит на сцене. Именно в эти моменты формируются так называемые качества людей, культурные коды, культурная политика. Если мы не даем этого на сцене, тогда это плохой театр.
Знаете, в конце рабочего дня хочу рассказать о приятном. Помните, я рассказывал вам, что мы открываем свой кондитерский цех в театре? У нас полностью своя кухня, которая обслуживает и зрителей и сотрудников театра. Последняя линейка, которую театр не делал сам — это выпечка и кондитерские изделия. И вот, медленно, но верно, мы пришли к тому, что взяли на работу прекрасных поваров-кондитеров. Они разработали новую линейку кондитерских изделий.
Мы их продегустировали и утвердили, затем придумали им индивидуальные названия, чтобы так или иначе, они были связаны с историей театра Вахтангова. Даже будет своя шоколадная коллекция (конфеты)! Хочу на ваш суд представить эту историю! Очень надеюсь, что теперь пирожных (а это порядка 120 в день) мы будем делать сами! Бронируйте на сайте театра столик в буфете театра: vakhtangov.ru/historical...
Вот такая прекрасная новость в завершение понедельника!
АРХИВЫ https://vk.com/@teatral_online-mir-pogibaet-ot-nenavisti-kak-rimas-tuminas-postavil-dyadu-v 13.4.2025 «Мир погибает от ненависти»: как Римас Туминас поставил «Дядю Ваню»
Уже 16 лет в Театре Вахтангова идёт «Дядя Ваня». Премьера постановки легендарного Римаса Туминаса состоялась 2 сентября 2009 года, и до сих пор спектакль остаётся одним из главных хитов большой сцены. Серебрякова играет Владимир Симонов, Елену Андреевну — Анна Дубровская, в роли Войницких — Сергей Маковецкий и Людмила Максакова.
С первых минут мы видим уникальную галерею чеховских образов. Здесь и врач Астров, утопично мечтающий о сохранении лесов, и наивная Соня, которая смотрит на мир чистыми юными глазами. Зрители могут заметить, что режиссёр уделил много внимания прописыванию внутреннего мира героев.
На протяжении всего действия непрерывно звучит музыка. Благодаря ей добавляются новые чувства: где-то радости, а местами тревожности. Скрипка точно передаёт драматизм и безысходность жизни героев, тогда как звуки трубы создают ощущение мнимой надежды, иллюзорного спасения от скучного существования.
В спектакле прослеживается традиционная чеховская деталь. С самого начала и до конца на заднем плане стоит монумент льва, очевидно, олицетворяющий Серебрякова — «царя зверей», который теряет авторитет в глазах «восставшего раба», дяди Вани. На памятник льва небрежно кладут вещи.
Так и жизнь Серебрякова превращается в руины былой славы: «Прошлого уже нет, а настоящее ужасно». Тут и Иван Петрович, который пытается натянуть подтяжки. Но из раза в раз у него не получается, что можно интерпретировать как страх перед будущим и переменами, боязнь прожить оставшиеся 13 лет по-новому.
Отдельно стоит отметить талантливо обыгранный любовный треугольник в исполнении Анны Дубровской, Сергея Маковецкого и Владимира Вдовиченкова. Режиссёр показывает принципиально разные подходы к любви: взрослый и ещё совсем юный. На это указывают как и блестяще сыгранные роли, так и выбор костюмов.
Соня (Мария Бердинских) одета в белую открытую сорочку, что подчёркивает чистоту её желаний и всеобъемлющую любовь к врачу. Елена Андреевна предстаёт в чёрном и закрытом платье, которое указывает на прагматичные и «взрослые» замыслы героини. Язык тела, пластика дополняют образы, помогают обрисовать картину потерянной жизни.
Спустя много лет после первой постановки пьеса Антона Чехова продолжает звучать актуально. Со сцены ярко доносится мысль: мы должны сделать всё возможное, чтобы мир перестал погибать от ненависти и вражды. Человек должен приумножать то, что ему дано, а не разрушать. Не проживать бессмысленную жизнь, а стремиться оставить след после себя.
https://vk.com/id206536279?w=wall206536279_3260 15.4.2025 Вахтанговский театр возрождает моду на физиков В Вахтанговском театре состоялась премьера спектакля о Ландау в День квантовой физики Марина Райкина
Три года назад в мире учредили День квантовой физики — 14 апреля. Не приходится сомневаться, что первыми его отпраздновали теоретики и практики физической науки. Но оказалось, не только. Вахтанговский театр именно в этот день представил на Исторической сцене свою очередную премьеру — «Солнце Ландау» (режиссер Анатолий Шульев).
Кто главный герой, гадать не приходится — советский физик-теоретик, основатель научной школы, академик Академии наук СССР, Герой Соцтруда Лев Давидович Ландау. С премьерного показа — обозреватель «МК».
В самом начале звучит задорная песенка о счастье в исполнении кумира советской эстрады 60-х Эдуарда Хиля. «Что такое счастье?/Кто ответит?/Люди все по-разному говорят…» Правда, искренний оптимизм слов и мотивчика, не очень-то соответствует пространству, в котором она звучит.
А пространство холодное, всё больше полупрозрачное стекло и бетон, какие бывают, ну, скажем, в закрытых научных институтах с пустыми гулкими коридорами, на производстве, и тоже оборонного характера. В нем, без перемены декораций, развернется жизнь физика-теоретика с мировым именем Льва Ландау.
Слева — серая колонна, старенькое, притулившееся к ней пианино. Напротив, справа, — лестница с разноуровневыми ступенями. За стеклом, составленном из полупрозрачных квадратиков, по заднику — силуэты, о происхождении которых можно только догадываться.
Вот, пожалуй, и всё. Но научно-производственный минимализм художника Максима Обрезкова непонятно каким образом позволяет этот набор принимать за: за квартиру семейства Ландау, улицы Харькова, аудитории вуза и научных конференций, проходящих в зарубежных странах, куда путь простому советскому гражданину долго был заказан. Но это Обрезков — он умеет из ничего разбудить воображение.
А вот, собственно, и сам гений — Лев Ландау, которым гордится страна, отвечает на вопрос звонкоголосой журналистки, находящейся за стеклом. Как живет родоначальник научной школы? Чем интересуется? Знает ли, что такое счастье? (прямо как в песенке) — интересуется она от имени масс трудящихся. А он, чуть нелепый, переминающийся, глядя в зал, этой самой массе, что называется, на пальцах втолковывает про элементарные частицы:
— В этом мире все состоит из них, но главный прогноз заключается в том, что сами частицы из ничего не состоят. В величайшем масштабе вещи ведут себя иначе. Не похожи ни на что из нашего непосредственного опыта. У них нет объема, поверхности, формы, правого нет и левого бока тоже нет. Они не ведут себя как облачка, бильярдные шары и шарики. Довольно страшно: все, что мы можем рассказать об этих частицах, — это набор чисел, описывающих их свойства…
И дальше — резкий слом пространства, в котором внешне ничего не поменяется: сообщение о страшной автокатастрофе, в которую в 1961 году на Дмитровском шоссе попал великий ученый. И после перечисления полученных им травм следует, что он не жилец. Однако и тут резкий слом, как сказали бы в кино, кадра, где минутой назад «не жилец» уже маленький мальчик, который прячется под пианино от строгого отца.
Свой спектакль в жанре байопика Анатолий Шульев строит на принципе слома, смены кадров биографического и психологического характера и таким образом рисует портрет героя, его жизнь во времени и время, отразившееся в нем как в зеркале. Для этого он поднял массу материалов о Ландау: письма, дневники жены, воспоминания о нем, письма, документы…
Надо признать, что Шульев владеет искусством монтажа, которое позволило ему избежать прямолинейности, неизбежной при создании байопика. Напротив, здесь объем, многогранность, внутренние связи и даже сходство с космосом, его звучанием по нашему представлению. Его добавляют музыка (Полина Шульева) и звуковой дизайн (Николай Ларкин).
Но самое ценное здесь, пожалуй, то, что в центре не культовый актер-актриса, какой-нибудь государственный деятель, чье имя десятилетиями будоражит поколения (Ленин, Сталин, к примеру), а ученый и его наука. А значит, соответствующие терминология и текст звучат со сцены даже в моментах, науки не касающихся. Но это нисколько не мешает восприятию истории, полной крутых поворотов и открытий, особенно для тех, кому имя Ландау — просто красивая фамилия.
Мальчик из еврейской семьи служащих, которому с детства внушалось отцом, что он ничтожество, доказывает всему миру, что он другой. Детская травма, сочетавшаяся с природной одаренностью (чуть ли не в пять лет решал уравнения, а в семь — понимал про интегралы), сделала его парадоксальным в поведении, неудобным, забавным, противным, отчаянным, нежным.
Гений? Будущее показало, что да — гений. А в настоящем — ох как он бывает невыносим, эгоистичен. Ему за двадцать, а он все еще девственник, отрицающий брак. Кумир студентов, проклятие чиновников от науки.
События разворачиваются с начала прошлого века до начала 60-х. Со сцены звучат исторические имена, гордость мировой и отечественной науки — Капица, Борн, Резерфорд. Баланс точной науки и… поэзии, личного ни разу не нарушен. Более того одно прорастает в другое органично, как проза в поэзию, которую Ландау любил и мыслил ей порой, как формулами.
И в этом колоссальная заслуга исполнителя главной роли Павла Попова. Он собирает все линии, руководит ими без видимых усилий. Играет как дышит. В его игре и острота, и нервичность героя, и задиристость, эгоизм наполовину с наивностью, как это бывает у детей, и сумасшедший перфекционизм.
Пластика у его Ландау, как и интонация, выразительные и настолько индивидуальные, что, кажется, Лев Давидович именно таким и был. Актер наделил его резкой пластикой, похожей на пластику плоской куклы, которая того и гляди сломается под воздействием обстоятельств. А внезапные вспышки, приступы озарения, любви к незнакомой женщине в платье с красными розами или спора с соратником Лифшицем, или от сообщения, что два его ученика арестованы и обвинены в шпионаже.
А когда его самого арестуют, он не сломается и, лежа на тюремной шконке больным, слабым, станет обдумывать сложнейшие уравнения для будущих поколений физиков. Курчатов не сможет без этого теоретика создать ядерное оружие.
Не знаю, как квантовость применительна к жизни, но для сценического Ландау что физика, что любовь — ядерного характера. В «Солнце Ландау» все работает на это, но очень тонко, ремарками, которые имеют значение. Вот, скажем, в музыке вдруг неожиданно начинает петь и почти что плакать скрипка, а в оформлении, особенно в костюмной группе (Мария Данилова), из сдержанных серо-бежевых тонов то и дело пробивается красный цвет. На белом платье Коры Ландау, букетом цветов и, наконец, алым платьем, в котором эта невозможной красоты блондинка взмывает вверх, как на картине Шагала.
Этот эффектный полет женщины, которую за руку держит мужчина, стоящий на лестнице, мог бы завершить финал первого акта, однако режиссер сознательно снимает романтический пафос сообщением об обвинении молодых ученых в шпионаже, таким образом перекинув мостик во второй акт, полный драматизма.
Актерский состав подобран таким образом, что тот редкий случай, когда второй состав трудно себе представить. Яна Соболевская в роли Коры, Игорь Карташев — Петр Капица, Олег Макаров — Нильс Бор, Александр Рыщенков вышел аж в четырех ролях (отец, ректор, врач, следователь), Каролина Койцан — Анна Капица, Юлия Рутберг потрясающе исполнила роль матери Льва Ландау, пронзительно так, на пиано.
А Денис Самойлов в роли советского физика и соавтора Ландау Евгения Лифшица — даже забавно получилось: на сцене в роли соратников оказались два Пьера Безухова из другого хита Вахтанговского — «Война и мир». Самойлов замечательно сыграл характер вечно второго, но без которого вечно первому не обойтись.
На премьерном показе, как выяснилось, было немало молодых ученых из Сколкова. Они бисировали вместе с залом.
Вчера и сегодня у нас на Основной сцене вторая большая премьера этого сезона - «Солнце Ландау» в постановке главного режиссёра Анатолия Шульева.
История рождения этого спектакля не менее интересна, чем и сама постановка. Летом прошлого года во Владикавказе ко мне подошел Анатолий Федорович и говорит: -Кирилл Игоревич, все время думаю о репертуаре на предстоящий сезон. А что, если мне взять не готовый драматургический материал, а попробовать сделать байопик? Скажем так: о реальной личности, которая, несмотря на свои многочисленные достижения, не особо известна широкому кругу людей? Я сейчас о физике-теоретике Льве Ландау. Что, если нам попробовать написать пьесу о его жизни и предложить артистам сыграть? Попробовать раскрыть жизнь этого человека, его боль, переживания, поговорить о судьбе человека, страны, испытаниях, которые выпадают каждому из нас… Признаться, я тогда немного растерялся. Говорю, мол, Анатолий , побойся Бога: где мы и где физика?! - А мы, - говорит Анатолий - раскроем тему через человека. Через его жизнь, любовь, отношения с родителями, друзьями, страной, через его увлечение наукой….
На том мы тогда и порешили. И огромное спасибо за эту тему двум прекрасным девушкам – Марине Ошариной и Татьяне Осиной, которые не только ее предложили, но и составили первоначальную драматургическую основу будущего спектакля. В общем, с июля того года наш главный режиссер был буквально одержим этой идеей. Он смело ринулся реализовывать задуманное. Однако, выяснилось, что несмотря на подробную биографию, довольно яркую драматичную судьбу человека, свидетельства очевидцев и прочее, вникнуть в эту тему не так-то просто. А что вообще такое эта квантовая механика и с чем ее едят? Что это за люди такие, которые ее разрабатывают, чем они вообще живут и что из себя представляют? Поэтому, друзья, прежде чем приступить к практической части работы над спектаклем, мы ездили в центр научной физики, побывали в Сколково, встречались с физиками-ядерщиками, с людьми, которые еще застали Ландау. Даже ближе к премьере провели лекцию доктора физико-математических наук Алексея Семихатова для артистов и зрителей.
И вот, случилась премьера! Знаете, я просто горд. Горд за театр, за нашего главного режиссера, за артистов, за всех, кто помогал рождению этого спектакля. Поздравляю всех причастных: постановочную команду, нашего главного художника Максима Обрезкова, создавшего просто изумительной красоты декорацию, художника по свету Александра Матвеева, который выстроил очаровательный свет, Полину Шульеву, сочинившую и подобравшую к спектаклю пронзительную музыку, Машу Данилову, придумавшую прекрасные костюмы, художника по гриму Ольгу Калявину, одним словом, - всех, всех, всех! С очередной большой художественной, подчеркиваю, именно художественной победой! Думаю, Римас Владимирович гордился бы всеми нами.
Конечно, как и в любом премьерном спектакле, и здесь есть над чем еще работать, шероховатости мы уже заприметили, обсудили и будем постепенно устранять. В целом же внутреннее чутье мне подсказывает, что «Солнце Ландау» зрителям непременно полюбится. Так что и вас, дорогие наши зрители, с рождением еще одной удивительной истории на сцене Театра Вахтангова. Спасибо нашим партнерам: Открытому фестивалю искусств «Черешневый Лес»
Раз, два, три, четыре - Мы живем в трехмерном мире. Пять, шесть, семь, восемь - Икс направо переносим...
Редкостный образчик спектакля, который весь сплошь из одних только достоинств соткан... с таких не уходят в антракте; за такие в СССР давали Государственные премии; а когда сейчас подобные ставятся, к примеру, на сценах лондонских театров, в добротных декорациях и с первоклассными британскими актерами при детальной проработке каждого рисунка умелым режиссером (и там они, кажется, в промышленных количествах выпускаются), их потом, не ограничиваясь аншлагами в залах, транслируют по кинотеатрам всего мира на широких экранах. И то сказать, увлекательная, складная пьеса... - ловкая компиляция документальных материалов, созданная коллективными усилиями...
но и любой драматургический семинар в полном составе не выдал бы на гора продукта качественнее: за точку отсчета берется автокатастрофа, поставившая Льва Ландау на грань выживания, в ретроспекции же разворачивается вся его непростая судьба, представлена образованная и обеспеченная еврейская семья, где отец излишне суров, но близость с любящей матерью сын трепетно пронесет через всю жизнь (и эта линия будет в пьесе сквозной), коротко показана учеба за границей, несколько подробнее исследовательская деятельность в Харькове, знакомство Ландау с Корой, впоследствии женой, вопреки его взглядам на семью, и матерью его сына; не забыты арест и трудности, связанные с освобождением, вынужденное соучастие в ядерном проекте, ну и запоздалое, но заслуженное признание... - мне (как и абсолютному большинству потенциальных зрителей) про физиков известно немного, про физику еще меньше, а спектакль подает биографические и сопутствующие им научные сведения, необходимые для восприятия сюжета, очень понятно, доступно, зримо...
позволяя относиться к персонажам как к обыкновенным, подверженным всем простейшим страстям, а то и порокам, человеческим существам; одновременно акцентируя внимание на экстраординарности, экстравагантности, эгоцентричности заглавного героя; не превращая его при том в маньяка или фрика, а историю в иллюстративную бытовуху, оставляя в ней место для поэзии, когда "лирика" становится не то что продолжением, а обратной стороной "физики" (то-то же Ландау нередко цитирует стихи - и Лермонтова, и особенно ценимого матерью Гумилева).
Сценография Максима Обрезкова также не перегружена предметностью - основной "павильон" узнаваемо повторяет интерьеры советских научных учреждений, одновременно и масштабных, просторных, и неизбежно давящих серой замкнутостью на глаз и на мозг; ярких пятен среди этой серости мало и все они знаковы, проведены через композицию лейтмотивами, будь то красный воздушный шарик, напоминающий о заграничной юности и свободе, оранжевые апельсины, которые герой любил с детства и которыми его старалась подкармливать мать (момент смерти матери обозначен рассыпанным ворохом плодов, скатывающихся с амфитеатра институтской аудитории в правой части выгородки), наконец, алое платье Коры (художник по костюмам Мария Данилова), возлюбленной и жены Ландау...
С относительно недавних времен дебюта заглавной ролью в "Женитьбе Фигаро" Владимира Мирзоева у Павла Попова накопилось "классических" образов в персональном репертуаре на небольшую школьную библиотеку, но даже между такими "глыбами", как Пьер Безухов и Пер Гюнт, определенно его Ландау работа не проходная. Теоретическая физика в принципе (несмотря на актуализировавшуюся фемповестку) до сих пор остается уделом преимущественно мужским, соответственно и "Солнце Ландау" - в первую очередь пьеса "мужская", наряду с самим Львом Ландау в ней ярко проявляются его первый товарищ, коллега и соавтор Евгений Лифшиц (Денис Самойлов (примечательно, что Попов и Самойлов, с их-то очень разными фактурами и типажами, в "Войне и мире" Римаса Туминаса играют по очереди Пьера Безухова, здесь они тоже как бы и антагонистами зачастую, и некой "двойной звездой" выступают... по крайней мере так строится драматургия спектакля), и Петр Капица (Игорь Карташев), и Нильс Бор (Олег Макаров).
Вообще забавно получается - физика, подавно теоретическая, квантовая, ядерная и все такое, от нас, грешных обывателей, бесконечно далекая тема, но я вот прикинул - тот же Нильс Бор мне уже почти что родной или сосед, после всех театральных постановок "Копенгагена" Майкла Фрейна, наконец, после недавнего фильма "Оппенгеймер" Кристофера Нолана -
- да и Павел Попов, стоит отметить, не первым воплощает образ Дау (как герой сам предпочитал себя называть и требовал от других того же...), хотя его вариант вряд ли укладывается в тенденции, заданные что Ростиславом Пляттом, что Даниилом Спиваковским, не говоря уже про Теодора Курентзиса... я вот каждый раз пытаюсь вообразить, что из себя представляли бы кинобиографии того же Оппенгеймера или философско-психологические драмы про Бора с Гейзенбергом, если б любому из них довелось хоть годик посидеть в Бутырской тюрьме...
В судьбе Ландау ядерная бомба и моральные терзания также испытываются параллельно - и все же пафос его сценического "байопика" иной. Вместе с тем "мужской" и "физический" мир на вахтанговской сцене без актрис невозможен: в парах, дуэтах женские роли по объему не уступают мужским - Анна Капица, Маргарет Бор, Кора Ландау... первые две Каролин Койцан достались, но в одну неразличимо-обобщенную "жену гения" и они не сливаются, у актрисы находятся индивидуальные краски для обеих; Яна Соболевская - не просто Кора, она и "блондинка с шоколадной фабрики" (так ее уничижительно характеризует Евгений Лифшиц), и заботливая сиделка (при муже инвалиде), и мать и...
муза, над землей буквально по-шагаловски воспаряющая (с помощью театральной машинерии, но смотрится эффектно), то есть универсальная, эмблематичная женщина, умеющая беречь самодостаточность, при том сохраняя преданность мужчине... пожалуй, идеализированный и почти фантастичный тип, насколько достоверный в отношении реальных прототипов, судить не берусь, а в спектакле абсолютно убедительный; ну и особый статус в женской части ансамбля занимает Юлия Рутберг - "еврейская мама" (требовательная до смехотворной мелочности порой) и лучший (если не единственный настоящий) друг сына от рождения до смерти...
собственной в данном случае, она в детстве Пушкина с ним разучивает, поправляя Льва, когда тот ошибочно читает "на невидимых дорожках" вместо "неведомых", объясняя разницу значений, она же идет на поклон в НКВД и несет в тюрьму чеснок, бульон, шерстяные носки; с ее смертью и сюжет пьесы как будто схлопывается, останется всего-навсего досказать финал; не то что отец - Ландау его нейтрально называет всего лишь "занудой", но Александр Рыщенков на протяжении спектакля выступает за всех недоброжелателей и гонителей Ландау, начиная с харьковского ректора, заканчивая лубянским следователем...
Впрочем, через испытания к триумфу и апофеозу с заключительным напутственным словом потомкам героя проводят со всеми необходимыми остановками, нигде зря не притормаживая... И единственное, о чем я могу сожалеть в данном случае - что спектакль, посвященный столь необычайной, аналогов как минимум в новейшей истории не имеющей личности, создан по готовым формулам, моделям и технологиям, просчитан безошибочно - мне как зрителю гораздо интереснее был бы опус пусть менее безупречный, полный ошибок и ложных ходов, но рискованный эксперимент, посвященный фигуре и судьбе человека, отвергающего исхоженные пути, вслед за гетевским Фаустом всегда стремившегося "вперед, в неизвестное", пролагающего дорожки в невидимое и неведомое.
https://dzen.ru/a/Z-69s1uQXHe1B9iS Театр To Go 3 апреля 2025 Страсти по Мышкину и развесистая клюква. Спектакль «Идиот» в Театре Вахтангова
Он – простодушный и благородный наследник миллионного состояния. Она – красавица с тяжелым прошлым и букетом психологических травм. Их неудержимо тянет друг к другу, но его внимания добивается девушка из хорошей семьи, а ее преследует ослепленный страстью поклонник, который в порыве ревности способен на все. Даже на убийство. Любовный роман? Триллер? Сериал на канале «Домашний»? Нет, речь об «Идиоте» Ф.М. Достоевского. Точнее, об одноименном спектакле Театра имени Вахтангова.
В постановке Владислава Наставшева четыре действующих лица: князь Мышкин (Константин Белошапка), Настасья Филипповна (Анна Дубровская), Парфëн Рогожин (Павел Юдин) и Аглая Епанчина (Полина Рафеева). В схематичном виде их отношения вполне можно втиснуть в узкие рамки, например, остросюжетного любовного романа. И в начале спектакля создается впечатление, что режиссер пошел по этому пути. Однако все, увы, не так просто.
Делая акцент на романтической линии, Наставшев не забывает о «проклятых вопросах». В премьере Театра имени Вахтангова сохранены и размышления князя Мышкина о вере, и сравнение его с Христом, и монолог о смертной казни, в котором отразились личные переживания Достоевского. Все это перемежается убийственным гротеском и фарсом: Настасья Филипповна вставляет выбитые Рогожиным зубы; Аглая и Мышкин кривляются под французский шансон или семенят по беговой дорожке под песни Любови Орловой; Рогожин мечется в поисках ножа, уговаривая жертву: «Ща-ща, подожди». Прорываются в постановке и инфернальные ноты: посреди сцены вдруг открывается портал в ад – как положено, с дымом и пламенем… В общем, единством жанра и стиля «Идиот» Владислава Наставшева не страдает.
Происходящее нередко кажется сном Мышкина или спектаклем, разыгранным специально для него: князь наблюдает за очередной драматической коллизией, устроившись в театральном кресле в углу авансцены. Но долго держать дистанцию он не может и через фосфоресцирующий экран пробирается внутрь, в действие. Чем и губит себя – по мнению режиссера, Мышкин перестает отличать правду от вымысла, становясь частью чужой игры, захлебываясь в чужих страстях.
Чем пристальнее вглядываешься в постановку Владислава Наставшева, тем больше убеждаешься – здесь ни слова не говорится в простоте. Однако свои намеки режиссер предпочитает не разъяснять и не развивать. Он торопливо ставит галочки напротив главных тем романа и в попытке объять необъятное спешит дальше, к новым отсылкам, символам, концепциям. Проводниками по сумбурному миру «Идиота» Театра имени Вахтангова могли бы стать актеры. Но их игра скорее вызывает очередные вопросы, чем дает ответы.
Герои Достоевского в постановке раздражающе карикатурны и примитивны. Мышкин – забитый гимназист с тонким писклявым голоском. Настасья Филипповна – роковая женщина в откровенных нарядах, с хриплым голосом и демоническим смехом. Аглая – капризная домашняя девочка с аккуратной прической и властной интонацией. Рогожин в порыве страсти завывает и рвет на груди рубаху. Впрочем, в удовольствии повизжать и покататься по полу себе не отказывает никто из персонажей спектакля. В романе герои тоже очень экспрессивны и часто играют на публику, но все же Настасья Филипповна и Аглая, Рогожин и Мышкин – не Ганя Иволгин. Даже в самые напряженные и трагические минуты они не теряют внутреннего достоинства, даже в истерическом припадке не выглядят жалкими и фальшивыми.
С каждым эпизодом «Идиот» Театра имени Вахтангова все больше отдаляется от «Идиота» Достоевского, становится все хаотичнее и непредсказуемее. На сцену выезжает игрушечный танк. Герои цитируют Пушкина и Чехова и кидают друг другу потрепанную книгу – роман Достоевского. Аглая в трико телесного цвета и алой накидке поет о «рыцаре бедном». Генерал Епанчин превращается в генерала ФСБ и звонит дочери на мобильный. Мышкину постоянно слышится шорох пера по бумаге. Не стоит обольщаться надеждой, что арсенал режиссерских выдумок не бесконечен и эксперименты над зрителем и текстом рано или поздно закончатся. Даже в последней сцене почти четырехчасового спектакля Владислав Наставшев умудряется удивить: Рогожин закалывает Настасью Филипповну. Мышкин наблюдает за происходящим с авансцены, рядом с убийцей – Аглая. В лучших традициях леденящего кровь триллера она сначала отползает за тумбу, а потом пытается убежать. Рогожин, театрально вскинув руку, кричит ей вслед что-то о суровой российской действительности… Неожиданно. А впрочем, как же без этого? По мнению режиссера, «Идиот» – роман о России. Так что без развесистой клюквы, увы, не обойтись. Как и без русской тоски, которая окутывает зал задолго до конца спектакля.
В рамках Открытого фестиваля искусств «Черешневый лес» на Основной сцене Театра им. Вахтангова состоялась премьера спектакля «Солнце Ландау». В главной роли — Павел Попов.
«А счастье, как река — Теряет берега, А ты чего-то ждёшь — Издалека».
Задорная песенка, которую исполнял когда-то Эдуард Хиль, ошибочно настраивает на оптимистичный лад. В истории про Ландау она и сама — ошибка: написана-то спустя три года после смерти физика. Однако именно первыми аккордами песни и строчкой «Что такое счастье?» зрителю дают понять, что философский вопрос здесь совсем не праздный...
За него боролся весь мир
Бравурную музыку прервут скрежет металла, звук удара и разрывающий барабанные перепонки скрип колес.
7 января 1962 года на Дмитровском шоссе, по пути в Дубну, Герой Соцтруда, лауреат трех Сталинских премий, один из крупнейших физиков ХХ века Лев Ландау попадет в аварию.
«Травмы, не совместимые с жизнью. Положение безнадежное». 59 дней в коме. В какой-то из дней фактической жене физика скажут, что ночью он умрет. Но бороться за него будет едва ли не весь мир. Весь мир физиков — точно. Чтобы личная вселенная Ландау перестала быть больнично-серой и снова раскрасилась яркими пятнами.
Коре — его Корушке, Корочке — останется только любить, верить и жить ради своего Дау. «Выздоравливай, как обыкновенный человеческий человек», — говорит она любимому мужчине. А он-то не может, как обыкновенный. Он гений. У гениев с детства все не так, как у нормальных людей.
Спектакль — как вспышки памяти главного героя. Одна из них — детство, в котором отец заставлял ребенка заниматься ненавистной музыкой, называл его ничтожеством и считал, что ничего путного из пацана не выйдет, а мама поддерживала, переживала, вовремя подсовывала нужные книжки. В том числе про Жюльена Сореля, которая помогла Льву выбросить из головы мысль о самоубийстве («Нескладный, ни на что не годный лентяй. Лучше прекратить все разом. Только чтобы не больно»).
Любовница — от слова любовь
Да, голова у него была особенная. Ребенком начал умножать большие числа, решать сложные задачи. Потом пошли интегралы, дифференциалы. Мама, конечно, беспокоилась, даже возмущалась, что он с утра до ночи занят числами и задачами. Даже высказывала «страшную» мысль: «Можно подумать, ты хочешь стать нобелевским лауреатом».
А вот с сочинениями было не очень. Ландау мог заработать «кол» по теме «О чем писал Лермонтов в „Герое нашего времени“?». Будущий физик тогда честно ответил: «Об этом знал только Лермонтов». Ландау же был абсолютно уверен в другом: если человек талантлив, он всегда пробьется, «его не ждут — он приходит сам».
Вспышкой будет и случайное знакомство с Корой — «первой встречной блондинкой с шоколадной фабрики». Кора станет его жизнью и судьбой. Единственной. До конца. Ее красные платья в постановке — как одно яркое, но очень большое пятно в жизни Ландау, не считая роз и воздушных шариков.
Счастливым его делала физика. И все-таки лучше женской красоты для Ландау ничего не было.
При этом он категорически не хотел жениться. Еще в 22 года зарекся: не пить, не курить и не жениться. Дау, как звали его близкие, считал, что женятся либо по глупости, либо из корыстных побуждений. Даже смотря на своего учителя — датчанина Нильса Бора, у которого было пятеро детей и беременная жена, он говорил: «Дети и наука несовместимы».
Ему казалось прекрасным слово «любовница» — потому что корень в нем — «любовь». А Кора считала позорным и стыдным называться этим словом.
И физикам, и лирикам
И все-таки он женился. За несколько дней до рождения сына Игоря Дау повел Кору в ЗАГС...
Театр Вахтангова ставил спектакли о выдающихся деятелях культуры (и сейчас, к примеру, идет прекрасный «Амадей»), но ни разу не прикасался к биографии ученого. Да и на других площадках физики появлялись крайне редко. «Писатели, режиссеры плохо знают мир науки», — звучит в спектакле о Ландау.
И это чистая правда! Куда проще режиссеру сделать постановку или фильм о мире кино, театра. В физике-то еще попробуй разберись! А Ландау даже в больнице, после тяжелейшей аварии, ругался, когда ему задавали дурацкие вопросы.
В спектакле «Солнце Ландау» откровенно «физических» моментов — мизер. Так что те, кто в школе прошел мимо этого предмета, не будут обескуражены.
Постановщик Анатолий Шульев до 12 лет хотел быть физиком, но, став режиссером, интересовался открытиями, и этот мир ему не чужд. Понимая, что совместить театр и науку невероятно сложно, он все-таки рискнул. И не прогадал.
А вот сыгравшему Ландау Павлу Попову пришлось и в Сколково съездить, и с физиками пообщаться, и серьезные материалы про квантовую механику изучить.
Юлии Рутберг сыграть маму Лёвы было сложно эмоционально. Но о том, что Дау — гений, она знала с детства. Ее отец, актер Илья Рутберг, по первому образованию — физик, и он был знаком с Ландау.
Вообще странно, что по откровенной книге воспоминаний Коры Ландау до сих пор не было ни спектаклей, ни фильмов. Поэтому «Солнце Ландау» должно понравиться и физикам, и лирикам.
Первым — потому что рядом с Ландау в постановке — Петр Капица, Нильс Бор. И их судьбы, которые проходят по сюжету тонкими линиями, все-таки достаточно заметны. Вторым— потому что история любви Коры и Дау необычна. У такого человека, как Лев Ландау, ничего обычного не было. И даже пытаться рассказать о нем в одной заметке нет смысла.
Ландау — как удивительная планета: многогранная, сложная, противоречивая. И достойная того, чтобы об этой личности вспоминали не только физики.
Дорогие друзья, поклонники Театра Вахтангова, просто любители и ценители театрального искусства. Одним словом, все те, кто читает мои истории о театральных процессах в России в целом и Театре Вахтангова в частности!
У нас на Арбате случилась восьмая – завершающая премьера 104-го театрального сезона. Я сейчас говорю о спектакле «Светит, да не греет» по пьесе Островского, который поставил на Новой сцене Сергей Тонышев. Режиссер привел с собой молодую команду художников, и конечно, в этом смысле было любопытно увидеть, как поколение младое видит из дня сегодняшнего сюжеты, темы, персонажей. В целом, мне думается, история случилась! Я хочу сказать большое спасибо всем, кто приложил руку к созданию и выпуску этого спектакля, - спасибо за труд, веру, сотворчество. Всех нас с премьерой!
Уже по традиции в то время, когда часть коллектива выпускает спектакль, а другая играет текущий репертуар, третья в этом время находится либо в пути, либо уже играет спектакли на гастролях.
Вот и сейчас часть коллектива улетела в Тобольск, где мы завтра откроем гастроли спектаклем «Крик лангусты». Конечно, рано еще подводить итоги сезона, но увидев все премьерные спектакли, могу с чистой совестью отметить, что он был для Вахтанговского театра достаточно успешным! Каждая работа вызвала огромный зрительский и профессиональный интерес. Премьеры получились абсолютно разные стилистически. Главное же, что они случились и займут свою нишу в репертуаре. И хоть премьерный забег на этот сезон окончен, впереди нас ждет еще много работы.
Спасибо вам, друзья за веру в нас, за поддержку. Двигаемся дальше. Несмотря на усталость и различные вызовы, руки не опускаю, не отступаюсь, буду продолжать отстаивать интересы и территорию театра, подлинного искусства.
30 апреля 2023 года Дом Евгения Вахтангова во Владикавказе по сути родился заново: в этот день состоялось его официальное открытие и презентация, а также грандиозный концерт на площади Свободы, на который собрались 6000 зрителей.
30 апреля 2025 года в честь очередного дня рождения Дома на телеканале «Культура» в 15:45 (время московское) выйдет документальный фильм «Дом Вахтангова. Искусство сохранять».
В фильме представлена уникальная хроника того, как буквально по крупицам возрождалось родовое гнездо Евгения Вахтангова во Владикавказе. В кадре можно будет увидеть идеолога проекта, человека, который взял на себя ответственность за все этапы воссоздания Дома – директора Театра Вахтангова Кирилла Крока, автора проекта по реконструкции Дома – главного художника Театра Вахтангова Максима Обрезкова, народных артистов РФ: Марию Аронову, Евгения Князева, Сергея Маковецкого, Александра Олешко и многих других.
Ещё раз напоминаем дату и время: 30 апреля в 15:45 – присоединяйтесь! И, конечно же, приезжайте во Владикавказ, приходите в Дом Вахтангова! Тем более, что этим летом мы вновь соберёмся там на Всероссийском театральном фестивале «Вахтангов. Путь домой».
P.S.: А помните, как в 2023 году мы под зонтиками высаживали сирень перед Домом, как разрезали ленточку, как даже гроза во время концерта не отпугнула зрителей, а наши доблестные техники спасали оборудование?..
Дорогие зрители, с Праздником весны и труда вас, с 1 мая! С первыми майскими выходными!
Дождь, ветер, выходной день или праздничный, - нам всё нипочём, в Театре Вахтангова кипит работа. Прибыли наши коллеги - постановочная часть МХАТа имени М. Горького. Приступили к монтажу декораций. Со 2 по 6 мая у нас в гостях на Основной сцене спектакль «Женщины Есенина» (режиссёр - Галина Полищук).
А постановочная часть Вахтанговского театра сегодня отправилась в дальнюю дорогу – на Урал, в суровый и прекрасный город Челябинск. С 3 по 7 мая мы будем здесь гостями. Везём на гастроли любимые зрителями не только Москвы, но и многих регионов спектакли: «Войну и мир», «Наш класс», «Крик лангусты», «Мадемуазель Нитуш». Естественно, будем рассказывать вам о том, как проходят гастроли.
Такой вот Праздник весны и труда намечается сегодня у обитателей Арбатского дома. А вы, дорогие друзья, пожалуйста, поделитесь своими планами. Где вы, как? Не чаёвничаете ли в кафе на Арбате? Не проходите ли мимо фонтана «Турандот»? Или, может быть, гуляете по челябинской улице Кирова?
Сергей Тонышев выпускает премьеру «Светит да не греет» в Театре Вахтангова. Первые показы пройдут 22 и 23 апреля на Новой сцене.
Это будет «образный Островский» – автор, которого в репертуаре Театра Вахтангова немного, как отметил на открытии сезона главный режиссер Анатолий Шульев. В «Светит да не греет» постановочная команда старается проявить поэзию, неоднозначность пьесы, «обнаружить её более тонкую ткань, а где-то даже и более жестокую» – и рассказать эту историю чувственным языком.
Сергей Тонышев сочиняет спектакль о потаённой жизни людей, о жажде жить, а ещё – о возвращении в родные места и об одном, очень знакомом русскому человеку чувстве. «Все мы где-то выросли, влюблялись когда-то впервые, загорались, кричали от счастья, шептали на ухо друг другу страстные признания, всё это когда-то было. Когда-то. Можно ли как в портал, как во временную петлю или машину времени окунуться в воспоминания, вернувшись в родные места?» – задается вопросом режиссер.
Над визуальными решениями премьеры работает команда художников: это художник-постановщик Филипп Шейн, художник-технолог Артём Гайнанов, художник по свету Руслан Майоров и художники по костюмам Владимир Кравченко, Кирилл Павлов. В главных ролях – Евгения Ивашова и Ирина Смирнова, Альбина Абрамова и Анна Чумак, Юрий Цокуров и Егор Разливанов.
"Сейчас я служу в идеальном театре - в театре Вахтангова. И это благодаря нашему директору Кириллу Кроку. Откуда взялся этот человек на нашу голову, какой Божий промысел нам его послал, — я не знаю. Если ты в полночь видишь Кирилла Игоревича, бегающего с выпученными глазами, и говоришь: «Миленький, что вы здесь делаете?». А он в ответ: «У нас там протекло», или – «они забили не те гвозди!». Он знает каждый сантиметр нашего здания!"
29 и 30 мая роль молодого Онегина в спектакле «Евгений Онегин» впервые сыграет Владимир Гуськов – артист, который с сегодняшнего дня пополнил труппу Театра Вахтангова. Также ему предстоит выйти на сцену в этой роли летом во время гастролей коллектива в Китае.
Знакомим вас с новым членом Вахтанговской семьи чуточку поближе. В 2009 году окончил Театральный институт им. Б.В. Щукина. Как и все его однокурсники, показывался в Вахтанговский театр и даже получил приглашение войти в труппу, однако на тот момент выбрал иную дорогу – поступил на службу в Театр им. Маяковского. Именно там ему довелось среди прочих режиссёров поработать и с Анатолием Шульевым, - ныне главным режиссёром Театра Вахтангова.
От судьбы, как говорится не уйдешь, и вот спустя годы Щукинец вернулся в родные Вахтанговские стены. Просим любить и жаловать. А Владимиру – успеха и в добрый путь!
Театр им.Е.Вахтангова меня не отпускает, хочется еще оставить здесь несколько слов. Театр достоин уважения и внимания не только своими классическими постановками высокого уровня творчества, но и памятью о прошлом. У главного здания театра в 2021 г. была открыта скульптурная композиция, посвященная 100-летию театра. Это память и дань уважения Е.Б.Вахтангову – актеру, режиссеру, педагогу, основателю и руководителю студии, положившей начало театру. Ну а цветы у памятника от истинных театралов говорят сами за себя.
В ноябре 2017 г. открылась Симоновская сцена. Новое сценическое пространство получило свое название в честь двух выдающихся представителей актерско-режиссерской династии — Рубена Николаевича и Евгения Рубеновича Симоновых. На втором этаже здания создан экспозиционный зал Рубена и Евгения Симоновых. Маленькое, но очень колоритное и запоминающееся место. А перед входом в здание Симоновской сцены замечательная скульптурная группа – память о великих артистах театра, это легко узнаваемые актеры-вахтанговцы – Владимир Этуш, Василий Лановой, Юрий Яковлев. А еще, в пространстве Новой сцены работает выставка, посвященная замечательной Юлии Борисовой, представлены ее сценические костюмы. Это все память, и все это замечательно. Думается, что и современное поколение оставит достойную память.
14 и 15 мая 2025 г. посмотрела два спектакля в Театре Вахтангова. Несколько актеров меня покорили. Это Полина Чернышова в роли Розины в спектакле «Севильский цирюльник», с потрясающей интонацией голоса и способностью передать очарование юности. Это великолепная Анна Дубровская в роли Матери в спектакле «Обещание на рассвете» с такой живой мимикой и способностью создать образ маленькой, хрупкой, но невероятно сильной женщины. И это удивительный Григорий Антипенко, в роли графа Альмавива в спектакле «Севильский цирюльник» и Ромена Гари в спектакле «Обещание на рассвете». То есть один факт участия в двух спектаклях подряд многого стоит, причем второй спектакль предельно эмоционально насыщен. И хватило же сил максимально выложиться. А сколько текста для роли нужно запомнить, и вот так вот легко, на первый взгляд, выйти и сыграть. Но это на первый взгляд легко. На самом деле, конечно, это колоссальный труд. Но это что – это школа, это уровень мастерства, талант и это невероятная работоспособность. Так что спасибо театру за память о прошлом и достойном настоящем!;)
Погода в Москве воцарилась прекрасная, открытые веранды кафе на Арбате так и манят посетителей, фонтан «Принцесса Турандот» зовёт провести побольше времени возле его серебристой прохлады… И вот тут-то самое время вспомнить, что принцесса из китайской сказки весьма коварна.
Задержишься, снимая фото и отправляя его друзьям, купишь мороженое, может, в ресторанчик заглянешь – и вот уже спектакль начинается, а ты в самом хвосте очереди на вход.
Дорогие зрители! Убедительно просим вас: не опаздывайте!
В Театре Вахтангова работает система вентиляции, здесь можно чудесно отдохнуть от жары, а в буфете всегда припасены прохладительные напитки, включая ледяное игристое.
21 июня в 19:00: «Евгений Симонов – 100». Только что опубликовали список участников репетиций праздничного вечера-концерта в честь 100-летия со дня рождения народного артиста СССР, режиссёра, педагога, поэта и драматурга Евгения Рубеновича Симонова. Билеты: vk.cc/cLUyFm
*** Его будущее было определено самим фактом его рождения. В четыре года вместе с родителями – Рубеном Николаевичем Симоновым и Еленой Михайловной Берсеневой – он переехал в кооперативный дом Театра Вахтангова в Лёвшинском переулке. В квартире Симоновых, открытой, хлебосольной, бывал весь цвет московской интеллигенции, актёры, режиссёры, поэты, музыканты, художники, архитекторы, учёные, государственные деятели и, конечно, вахтанговцы. В 1941 году Евгений Симонов с родителями и Театром уехал в эвакуацию в Омск. Коллектив репетировал премьеры и играл спектакли, а он, закончивший музыкальную школу, работал аккомпаниатором. Неудивительно, что, вернувшись в Москву, Евгений Симонов поступил в Театральное училище имени Б.В. Щукина.
Евгений Рубенович влился в коллектив Вахтанговского театра вместе с талантливейшей группой актёров второго поколения, среди них оказались бывшие сокурсники, товарищи студенческих лет, которые в том числе с его помощью обрели свой голос, рассказали о себе и своём поколении. Среди них были Юлия Константиновна Борисова, Михаил Александрович Ульянов, Юрий Васильевич Яковлев, Василий Семёнович Лановой, Вячеслав Анатольевич Шалевич. Они громко заявили о себе в поставленных Симоновым современных пьесах о молодёжи, строящей новый мир. Настоящим событием в жизни не только вахтанговцев, но и всей театральной Москвы, стала постановка Евгением Симоновым пьес А.Н. Арбузова «Город на заре» (1957) и «Иркутская история» (1959). Особый язык и способ мышления автора – поэтический, возвышенный, надбытовой, оказался близким молодому режиссёру.
Позже народный артист России Вячеслав Шалевич скажет о нём: «Евгений Симонов — это легенда, истинный рыцарь театра. Рыцарь, потому что был абсолютно бескорыстен, открыт и чрезвычайно расположен к людям, к памяти о них и вере в их талант. С двумя курсами своих учеников создал театр, назвав его не своим именем, как это теперь принято, а именем своего великого отца Рубена Симонова, тем самым как бы обнажив истинную суть своего воспитания, своего преклонения перед самым чудотворным для него учением, которое называется Вахтанговский театр».
– Читала, что вы увлекались физикой. Отсюда интерес к фигуре Льва Ландау? – Это правда. Моя мама говорит, что я научился читать в три года. Но тянуло меня почему-то не к художественным произведениям, а к книгам про путешествия, энциклопедиям. Довольно рано я добрался до учебника по физике за 11-й класс. Сначала меня увлекла ботаника, потом биология, а следом физика. В 12 лет я хотел заниматься только ею, был уверен, что пойду учиться на физика. Но судьба меня потом перенаправила. Занятия в театральной студии дали свои плоды, я услышал магическое слово «режиссура», увидел театральное закулисье. Все это очаровало мальчика из Владикавказа (улыбается), участь моя была решена.
– В каком-то виде физика осталась в вашей жизни? – Можно сказать, что это мое хобби. Моя жена смеется, когда я, чтобы переключиться, смотрю не развлекательные шоу, а лекции и интервью физика Алексея Семихатова и астронома Владимира Сурдина. Когда родилась наша дочка, был такой случай: жена вышла по делам, возвращается, а мы сидим с нашей девочкой, которой всего годик, слушаем про темную материю. (Смеется.) К сожалению, я не владею математическим аппаратом, глубокими знаниями, скорее, осталась тяга, влюбленность в научный мир, в абстрактные концепции. У Дэвида Дойча я прочитал, что Вселенная – это некое замершее пространство, в котором одновременно существуют все варианты развития событий. То, что мы называем временем, на самом деле прыжки в параллельном пространстве, а наше сознание – это искра, которая путешествует. В этой концепции появляется свобода воли. Вообще, классическая наука говорит нам, что мир – это большой механизм, где все рассчитано. Надо только иметь сложный компьютер, и можно рассчитать прошлое и будущее. Получается, у нас как бы нет выбора. Но если верить Дойчу, мир бесконечно разнообразен, вселенных существует невероятное количество. И главная загадка в том, как сознание выбирает ту или иную вселенную. На самом деле мы все несем ответственность за то, где оказались. В нашем спектакле мне показалась важной эта мысль. Если с тобой случаются всякие гадости, загляни в свою голову, может быть, тебе просто надо стать добрее и лучше?
– Очень похоже на постулаты ведической философии и буддизма. – Квантовая физика как наука формировалась под влиянием священных текстов. Восточные мудрецы, как и физики, искали образы, которые могли бы объяснить то, что невозможно выразить человеческим языком. Есть прекрасная книга «Когда мы перестали понимать мир», ее автор Бенхамин Лабатут пересказывает биографии всемирно известных ученых как остросюжетные детективы. Я помню эпизод из жизни Шредингера. Он находился в больнице для больных туберкулезом и влюбился в дочку владельца этой больницы. Она познакомила его с древнеиндийским трактатом Упанишады. Ему открылся новый мир, все его научные знания как будто бы нашли подтверждение, и работа пошла совсем по-другому.
– Ваша увлеченность очевидна. И все же, как у вас возникла идея ставить спектакль именно о Ландау? – В финале спектакля Ландау делится своим откровением. Он говорит, не мы живем, а через нас живет общая мировая жизнь, мы «только всплески на общем море бытия». Отчасти так и есть, мы все время находимся в поисках какой-то большой рыбы. В конце прошлого сезона, после того как я выпустил пушкинские «Повести Белкина», я искал новый материал. Мне хотелось большего риска, зайти на территорию, на которой я никогда не бывал, открыть новый путь для себя, для артистов, для театра. Думал про роман «Отцы и дети» Тургенева, особенно меня заинтересовала фигура Базарова как ученого. И промелькнула мысль – как было бы здорово сделать спектакль про ученых. И как-то она со мной осталась. Однажды я проснулся ночью с твердым решением – делаю! Сначала я задумал провести драматургический конкурс, делился с разными людьми своей идеей, а на одном банкете встретился с драматургами Мариной Ошариной и Татьяной Осиной. Их вклад в создание текста нашего спектакля трудно переоценить, я им очень благодарен. Это они натолкнули меня на фигуру Ландау.
Когда я погрузился в материалы о нем, мне стало ясно – я нашел фигуру, которая находится на стыке физики и искусства. В нем так много содержания, так много неожиданных поворотов в его жизни. Какие-то факты просто стали для меня открытием. Оказывается, западные и советские физики плотно общались в начале XX в. Ландау вообще учился у Бора. Я этого всего не знал. И подумал, если у меня это все вызывает такое потрясение, может быть, и зрителей это зацепит. Марина и Татьяна набросали структуру, я принес текст в театр, и все загорелись. Мир начал мне помогать. Друзья, которые вообще никакого отношения к науке не имели, вдруг оказались в Квантовом центре в «Сколково». Они не знали, что я собираюсь ставить, просто мне позвонили с предложением приехать к ним: «Мы сейчас коллаборацию устраиваем, театр и наука, не хочешь приехать?» На следующий день мы с Пашей Поповым (играет в спектакле Льва Ландау. – «Ведомости») уже были у них. Вдохновлялись, общались, смотрели, как что устроено. Можно сказать, что получили благословение от Вселенной. И дальше нарабатывали материал. С какого-то момента мы уже вместе с артистами переписывали текст на основе всего того, что откопали о героях. Каждый из них стал ходячей энциклопедией своего персонажа.
– Что лежит в основе такой сложной инсценировки? – Все, что написано о Ландау. А заодно и про Нильса Бора, и про Петра Капицу. Знаете, я даже дневники Берии прочитал с увлечением. И, конечно, дневники Коры Ландау. Каждая наша репетиция представляла собой, грубо говоря, наращивание стен на готовом фундаменте.
– Почему спектакль называется «Солнце Ландау»? – Оно пришло в самом начале, мне понравился образ солнца как символа Ландау. Его обожали ученики, обожало научное сообщество. При этом огромное количество противоречий и драм связано с его личной жизнью, дружбой, отношениями с коллегами. Оказалось, в нашем театре работают люди, которые были знакомы с Ландау лично. И когда я спрашивал о нем, все в один голос отвечали: «Общаться с ним было невозможно, но он всегда оказывался прав». Мне показалось, это очень похоже на образ солнца. Оно согревает, дает жизнь, но при этом может уничтожить. Даже смотреть на него лучше через отражение. Прямые лучи могут и ослепить.
– Интересно, что название символичное, поэтичное. А герой спектакля – физик. Вам важно было совместить философскую и научную мысли? – Мы старались соблюсти баланс, поскольку я понимал, что про сугубую науку никто смотреть не будет, все равно важна театральная условность. Нам интересна была увлеченность Ландау, вехи его пути, но больше всего то, какой он был человек. Он же увлекался огромным количеством вещей, знал сотни стихов, ценил искусство, почему-то ненавидел музыку… Мы придумали эту историю, конечно, реальна она только отчасти. И все же фактов о гении в ней тоже предостаточно.
– Как вы для себя понимаете значение слова «гениальность»? – Я об этом не раз думал. Когда размышляешь о судьбах гениев, замечаешь такую закономерность: гениальность – это талант, помноженный на внешнее давление и заботу кого-то из членов семьи. И изначально очень сильный внутренний движок – человек не может расслабиться, не может успокоиться, у него все время душа не на месте, он куда-то все время устремлен. Именно это дает плоды. Во время работы над спектаклем я наткнулся на интервью Эрнста Неизвестного. Его спросили, что такое гений. Его ответ меня поразил: «У меня был друг Лев Ландау, он был гением». «А в чем выражается гений?» – уточнили у него. Ответ был: «В открытости миру». Все дети – это, по сути, гении. У меня сейчас дочке девять, сыну скоро будет два. И все время, изо дня в день, я удивляюсь тому, как устроено детское сознание. Не имея ничего – ни правил, ни законов, ребенок впитывает в себя язык и начинает разговаривать на нем. Поработав сейчас над спектаклями про гениев, я вижу, что каждый из них сохранил детское сознание во взрослом возрасте. Да, от этого, кстати, они такие неудобные. В сознании у них нет границ, они пытаются это перенести на реальность, и, естественно, она сопротивляется.
– Ставить про гениев – осознанный выбор или случайность? – Когда я выпускал «Амадея», с кем-то шутил, мол, сделаю трилогию про гениев. Потом забыл про это. И вдруг возник Пушкин. За ним Ландау. В каждой шутке есть доля шутки.
– Как вы выбирали артиста на роль Ландау? – Артиста Пашу Попова я знаю с института. Всегда восхищался его способностью к пограничному существованию на сцене. Тот уровень эмоциональных и физических трат, которые он совершает на сцене, он запределен. Он еще с института был таким. И за счет этого рождается потрясающее чувство правды.
– Что его отличает от остальных артистов? – Вот это самое чувство правды. И невероятное трудолюбие. Я репетировал пять месяцев, и Паша все эти пять месяцев с утра до вечера был включен в процесс. И я не знаю, что должно было произойти, чтобы он зевал на репетиции. Наоборот. Мне все время казалось, что он сейчас упадет без сил. Он, кстати, был на грани этого на премьере. Но сыграл еще яростнее и точнее. Я давно хотел с ним поработать. Мы как-то так ходили вокруг того, что я ему предлагал, и как-то не случалось. Когда мне позвонили друзья из «Сколково», я сразу набрал Пашу. И он внезапно согласился. Мы приехали, впечатлились, ударили по рукам. Как бы на натуре поняли, что нам это обоим интересно. Для меня был еще очень важен один штрих – у Ландау был нетривиальный юмор. И когда мы с Пашей ходили по лабораториям вместе с физиками, наткнулись на доску с информацией. Какое-то немыслимое количество формул, ничего непонятно. А Паша вдруг выпалил: «Это вы маркер расписывали, да?» И все, кто был с нами, смеялись. Я это воспринял как знак – Павел может сыграть гения, он шутит, как он.
– Что еще, кроме юмора, в Ландау, в его судьбе, характере вас обожгло? – Первое – его страшная неуверенность в себе, ощущение собственной ничтожности и даже попытка суицида, которая с ним произошла в 13 лет. Второе – преодоление всего этого, он так высоко поднялся, что, можно сказать, своим свечением показал миру, что он не ничтожество. В меня это попадает, потому что, наверное, любой творческий человек находится в состоянии неуверенности. Это только со стороны кажется, что все у тебя отлично. Но мало кто понимает, какими трудами, внутренними усилиями, преодолениями эта видимость достигнута. Свои неудачи хочется забыть. Но в процентном соотношении неудач по жизни, конечно, гораздо больше, чем побед. Ландау у нас вначале говорит (и эта его фраза мне очень нравится): «Если человек талантлив – он всегда пробьется». То есть на самом деле свойство таланта в том, чтобы преодолевать неудачи и все время идти вперед. И тогда есть шанс, что ты куда-то поднимешься.
– Как вам кажется, работа над этим спектаклем вас изменила? – Я стал меньше бояться рисковать, заходить в глубокие воды. Ландау говорил, что по-настоящему его интересуют только неразгаданные явления. Вот, наверное, так и нужно. Перестать бояться. Ну, что может случиться? Провал? Ну, не умрешь же. А если умрешь… Есть же известное выражение: «Когда ты умираешь, смерти уже нет, потому что ты с ней не встречаешься». (Улыбается.)
– Что сейчас в репертуарных планах театра и у вас как у режиссера? – Я думаю, что пойду в какую-нибудь еще более безумную историю, чем история с Ландау. Постараюсь охватить большую часть труппы. Работу мы уже начали, но объявлять название публично я пока не готов. Это будет спектакль про то, что человек есть то, во что он верит. И про спасение души. Запланированы новые спектакли режиссеров, с которыми у нас уже сложились хорошие отношения. И тех, с кем мы давно хотим поработать. Договоренности достигнуты, но, пока не подписаны договоры, объявлять не буду. Одно скажу точно – планов много.
– Какова гастрольная политика театра, что в планах? Поедет ли все же Театр Вахтангова в Севастополь после отмененных там недавно гастролей? – Мы ездим везде, где нас ждут. Выбор спектаклей, как правило, за принимающей стороной. И, конечно, для нас важно, чтобы технические возможности площадки позволяли сыграть спектакль в том виде, в каком он идет в Москве.
– Вы главный режиссер одного из лучших театров страны. Давит ли ответственность, как вы ее ощущаете? – У меня нервная работа, это правда. Но такова миссия у главного режиссера – объединять людей, инициировать новые спектакли, приглашать режиссеров, которые бы вдохновляли и зрителей, и труппу. Попав на эту должность, я, что называется, испил чашу до дна – почувствовал то же, что и мои руководители раньше. Как главный режиссер я обязан все время открывать что-то новое. Я уже не могу просто сделать хороший спектакль. Нужно вырвать сердце из груди и вести за собой. Людей объединяют победы и успехи. Каждый человек любит быть на стороне победителей. Так что это естественно – нервничаю я сейчас больше, чем ранее. Но и радость от побед тоже больше.
– За то время, что вы являетесь главным режиссером Театра Вахтангова, какие работы вы считаете успехом и победой? – Если мы говорим про этот сезон, я доволен тем, что пригласил очень разных и очень талантливых режиссеров. И они сделали, опять же, очень разные работы. Это мне кажется важно для такого большого театра, как наш. Как мама Ландау говорит: «Человек должен быть разносторонним». В репертуаре добавилось спектаклей артхаусных, камерных и зрительских. Молодой выпускник ГИТИСа Аскар Галимов сделал «Утиную охоту» с Максимом Севриновским на Симоновской сцене. Олег Долин – чеховского «Ионыча» на Новой сцене. Билеты на обе постановки достать невозможно. Ася Князева поставила очень легкий, зрительский спектакль «Пуф» на Новой сцене. Владислав Наставшев показал противоречивую и сложную постановку, вызвавшую резонанс в театральных кругах, – «Идиот» по Достоевскому. Галина Зальцман сделала нежный, теплый спектакль по рассказам Кустурицы. Затем был «Светит, да не греет» талантливейшего Сергея Тонышева. И мой «Ландау».
– Это полностью в вашей власти – выбирать режиссеров? Какое в этом участие принимает художественный совет и директор Кирилл Крок? Как это работает? – В нашем театре обсуждается всё. Все свои предложения я проговариваю, обязательно советуюсь с литературным отделом, директором. Важно свести вероятность ошибки к минимуму. Хотя понятно, что предсказать успех и неуспех в театре невозможно.
– Как вы выбираете режиссеров? На кого внимание обращаете? – Я достаточно много смотрю спектаклей в театрах Москвы. Отмечаю те, которые меня захватывают. Мне важно, чтобы в Вахтанговском ставили режиссеры, которые умеют ясно и со вкусом рассказывать человеческие истории. И, конечно, я стараюсь искать близких по духу людей. Как именно – сложно объяснить. Евгений Вахтангов говорил: «Нет праздника – нет спектакля». Я разделяю это мнение, но вместо «праздника» использую слово «событие». Потому что праздник – это всегда событие со знаком плюс. А я имею в виду немного другое – человек, пришедший в театр, должен ощущать, что он находится не на будничном мероприятии. Напротив – что здесь и сейчас, в этом зале происходит нечто необыкновенное. И, может быть, это перевернет его жизнь. Я ищу режиссеров, которые умеют создавать эту особую атмосферу.
– На ваш взгляд, сейчас Театр имени Вахтангова отвечает запросам зрителя? Какой вообще театр нужен зрителям? – Безусловно, да. Вахтанговский умеет рассказывать и новые истории. Это театр, который ориентируется на великие образцы, старается соответствовать. Здесь происходят спектакли-события. Я помню, был период, когда все увлеклись новой драмой, а она тяготеет к местечковости, ситуативности. Вахтанговский эту моду проигнорировал. Почему? Потому что всегда тяготел к великой драматургии, к большим смыслам. Наш театр про красоту, про веру в человека. Не копаться в грязном белье, не вытаскивать гадости (мы и так этого всего насмотрелись). А аккумулировать возрожденческие смыслы. Театр, в котором человек стремится подражать Богу, не боится быть открытым, любить других людей, несмотря на то что в сердце могут воткнуть кол. Но даже если воткнут, Христос же воскрес? Смерти нет.
🎭Омские гастроли Театра им. Вахтангова завершились на вкусной ноте в ресторане "Сенкевич".
В середине июня "Вахтанговцы” выступали для омских зрителей на сцене театра драмы и музыкального театра и успели дать шесть спектаклей🏛️
🍽️Ярким окончанием гастролей стал вечер в ресторане «Сенкевич» Атмосфера была наполнена творчеством, смехом, душевными разговорами и актерскими байками✨ А заслуженный артист РФ Виктор Добронравов особо отметил паштет от шеф-повара, назвав его "обалденным”. Мы, кстати, согласимся с актером😋 Оказалось, посещение "Сенкевича" вахтанговцами каждый приезд в Омск уже стало традицией.
📖Знаменитый московский театр связывает с Омском многое - в 1941-м году театр был эвакуирован в Омск и создавал масштабные спектакли для города два года. А народный артист СССР и омич Михаил Ульянов служил в театре имени Вахтангова долгие годы и был его художественным руководителем.
https://www.teatral-online.ru/news/38153/ 4 Июля 2025 18:43›Лента новостей›Новости «Ура, Вахтанговский!» Театр Вахтангова завершил сезон традиционным концертом на Арбате Софья Малинникова | Фото: Анатолий Морковкин
3 июля в 21:00 В Театре им. Вахтангова состоялся традиционный концерт-закрытие сезона. Артисты проводили 104-й театральный сезон на праздничной сцене у фасада здания театра на Арбате.
Впервые такой концерт состоялся в 2009-м году по инициативе Виктора Добронравова, и вот уже 16 лет Вахтанговцы прощаются с театральным годом своими любимыми песнями и стихами. Несмотря на то, что на всех сценах театра в это время шли спектакли, артисты успевали выйти к своим зрителям на импровизированную арбатскую сцену. Так, Юрий Поляк предстал в костюме Георга из постановки «Ричард III», которая шла в это время на Новой сцене, а Ирина Купченко появилась в перерыве легендарного спектакля Римаса Туминаса «Евгений Онегин».
Ведущими концерта в этом году стали Андрей Ильин, Анна Антонова, Полина Кузьминская и Юрий Цокуров. Как всегда, артисты проводили финальный вечер сезона с юмором, вспоминая главные моменты года. А год вышел особенно праздничным и памятным – Вахтанговцы вновь вспомнили о столетии со дня рождения Юлии Борисовой, о юбилее Евгения Симонова и о веке Анатолия Эфроса. Ведущие также поздравили и Александра Галочкина, который на сцене отметил свой день рождения, исполнив замечательную песню об усах.
Впервые за несколько лет закрытие сезона прошло без дождя. Конечно, самых преданных поклонников Театра Вахтангова невозможно испугать плохой погодой, но в этот раз лето словно подстроилось под этот театральный праздник. Народная артистка Мария Есипенко вышла на сцену с песней, посвященной долгожданному теплому сезону – ведь «Лето – это маленькая жизнь». Такой летний настрой поддержали Полина Рафеева, Елена Чиркивиани с яркими хитами группы ABBA, Мария Волкова, Александр Павлов, человек-оркестр Николай Мызин, Влада Басова и Василий Цыганцов со страстным танго, а также приглашенный гость программы – Диана Гурцкая.
После ведущие поприветствовали молодых артистов – стажеров, принятых в труппу в этом году. Актеры взяли на себя роли учителей-шутников: они предложили сравнить две актерские школы – школы представления и переживания, то есть методы Вахтангова и Станиславского. Василий Серегин, Артем Гурин, Никита Шаманов и Даниил Бледный показали этюды в стиле этих школ.
Важная часть концерта была посвящена самой значимой дате прошедшего сезона – 80-летию Победы в Великой Отечественной войне. Ирина Купченко прочла зрителям трогательные стихи Ольги Берггольц. После на сцену вышли Лидия Вележева, Юрий Цокуров и Полина Рафеева – они исполнили песни военных лет.
В финале концерта на сцену вышли все артисты труппы, принимавшие участие в концерте и занятые в идущих спектаклях, вместе с директором театра Кириллом Кроком. «Добрый вечер! Мы вас приветствуем сегодня на вечернем Арбате! Только что на исторической сцене закончился легендарный спектакль «Евгений Онегин». А мы вышли сюда, чтобы сказать, что 104-й театральный сезон на Арбате закрыт!» – высказался Кирилл Игоревич. К его словам присоединился и главный режиссер Анатолий Шульев: «Мы желаем вам всем любви, добра и красоты! И до встречи в следующем году! Мы всегда вас ждем в стенах этого театра. Ура, Вахтанговский!»
Ты, наверное, уже наслышан, что даже в период межсезонья в театре продолжается своя невидимая жизнь. Мы, сказать честно, не сдержались, заглянули и были весьма обрадованы тому, как лихо идёт процесс перетяжки кресел на Исторической сцене.
Да, да, это тот приятный сюрприз, который ждёт всех нас в сезоне предстоящем – наши прекрасные исторические кресла будут перетянуты и обретут новое наполнение.
Ещё в разгар прошлого сезона из Китая нам доставили ткань точно такого же цвета и специализированный наполнитель. Сейчас же, в период затишья, кресла партиями отправляют на фабрику, где их обновляют.
А вообще наш директор Кирилл Крок верно заметил, что история – это не только спектакли, актёры, режиссёры, афиши и программки, но и всё, что нас окружает, в том числе и эти по-своему уже легендарные кресла. Установлены они были в театре в 1947 году. И с тех самых пор честно служат всем нам. Хочется верить, что и дальше будут служить многим поколениям зрителей.
Сегодня в Москве прекрасная погода, и мы потихоньку, не спеша, готовимся к открытию сезона. Вот так проходят наши будни в театре: несмотря на то, что у многих отпуск, театр продолжает жить. Я уже давно говорил вам, что в Театре имени Вахтангова жизнь не замирает никогда — всегда есть дела, заботы и творческие планы.
Для меня самое страшное в жизни театра — это когда вдруг здание нужно закрывать на капитальный ремонт! Не представляю, что может быть хуже, чем семья без дома, вынужденная скитаться по чужим площадкам или вовсе не играть репертуар.
Да, с ремонтами, порой с планированием ремонтных работ, происходят такие чудовищные вещи. То один московский театр, не пойми чем, гордится тем, что ремонтирует здание весь год: зрители бегают в туалетные комнаты на улицу, а бедные артисты вынуждены работать в пыли и грязи. То, наоборот, театр закрывают на долгие месяцы, а то и годы, что, как вы понимаете, тоже не есть хорошо. А есть и такие театры, которые вообще не ремонтируют, не поддерживают здание. Когда я их спрашиваю: «Почему у вас всё в таком состоянии?» — отвечают: «А мы ждём капитального ремонта».
Я всегда старался избегать подобных историй. Все те 15 лет, что работаю в Театре Вахтангова, мы все масштабные работы — замену сценического оборудования, механики, электрики, света, звука, инженерных систем — проводили в летний период. Единственное, перед празднованием 100-летия позволили себе два года подряд закрывать театр летом не на два, а на три месяца.
Конечно, в театре самое главное — это то, что происходит на сцене, то, что творится с нами, с нашим сердцем, когда мы смотрим спектакль. Но ведь для того, чтобы сцена жила, нужен крепкий и ухоженный дом, где зрителю удобно и тепло, а артисту — легко и радостно работать.
Здание Театра Вахтангова немолодо — его построили аж в 1947 году. Естественно, многие инженерные коммуникации нуждаются в замене. Сегодня хочу показать фотографии того, как, например, прогнили тепловые трубы, которые передают перегретую воду из ИТП на наши установки. А те, в свою очередь, не дают театру выхолаживаться зимой, обогревают входную группу.
Чтобы не закрывать театр и не вскрывать полностью полы, мы прибегаем к различным инженерным ухищрениям и хитростям. Например, вживляем в старые трубы новые — пластиковые. Конечно же, проще было бы закрыть театр, сломать всё и махом заменить системы отопления и водоснабжения. Однако, думается мне, это не лучший вариант для такого большого театра, как наш, Вахтанговский. Поэтому мы изыскиваем другие решения и точечно производим замену.
Ну а ещё, вы же знаете — я много раз рассказывал, что каждый год мы отдаём в химчистку все ковровые покрытия на зрительских лестницах и в зрительном зале. Вот и на прошлой неделе привезли из химчистки все ковры. Начали также развешивать после чистки шторы в портретном фойе.
Вот так мы шаг за шагом заботимся о нашем доме — Театре Вахтангова. Чтобы зрители приходили к нам в красивый, уютный и тёплый театр, а артисты выходили на сцену в лучших условиях. День за днём мы бережём и укрепляем наш театр, чтобы он жил и радовал вас ещё долгие годы.
Сегодня в нашем театре особенный день. Мы продолжаем активную подготовку к новому театральному сезону. Посмотрите: на зрительских лестницах уже стелем ковры, только что вернувшиеся из химчистки. Для уборки у нас есть специальные аппараты — пылесосы с функцией влажной чистки. Сейчас в зале наши службы приводят в порядок ковровые дорожки.
Вчера в нашем телеграм-канале многие из вас могли увидеть, как мы готовим звуковое оборудование к началу сезона. Работы не прекращаются ни на минуту.
Но чем же сегодняшний день особенно важен? Именно сегодня наша труппа вылетает на гастроли в Китай. Впереди три города: Пекин, Шанхай и Шеньчжень. Там мы представим два наших самых любимых и значимых спектакля — «Евгений Онегин» и «Дядя Ваня». Каждый будет сыгран дважды, и всего нам предстоит дать 12 спектаклей!
С китайской продюсерской компанией госпожи Файн Джин у нас сложились по-настоящему дружеские отношения: уже десять лет мы сотрудничаем с её продюсерским центром и каждый раз едем в Китай как к дорогим друзьям. Завтра нас ждут пресс-конференция, встреча со зрителями и фан-клубом спектакля «Евгений Онегин». Да-да, я не оговорился: у спектакля действительно есть фан-клуб среди китайской публики.
После приезда у нас будет время разместиться в гостинице, а затем мы отправимся в культурный центр, где соберутся те, кто искренне любит настоящее искусство и русский театр Вахтангова. Особенно приятно знать, что пассажиры китайских авиалиний могут увидеть видеоверсию нашего «Евгения Онегина» прямо в самолётах — в разделе «Спектакли и шоу». Это результат десятилетнего сотрудничества и многочисленных гастролей в Китай. Спектакль стал абсолютным лидером по просмотрам и продажам.
Теперь мы желаем такого же успеха и спектаклю «Дядя Ваня», который впервые будет показан китайской публике уже через несколько дней.
Ну что ж, мы открыли 105-й театральный сезон! Я очень рад, что сегодня в зале удалось увидеть практически всех артистов. Огромный интерес проявили и средства массовой информации — партер был полностью заполнен на сборе труппы. Собственно, как и всегда, но каждый раз это волнительно, радостно и ответственно.
Для нас с Анатолием Шулевым открывать новый сезон, объявлять планы — это всегда особенно трепетный момент.
А теперь, мои дорогие читатели, мои друзья, хочу поделиться с вами тем, что я сказал сегодня на сборе труппы. Что называется — прямая речь.
«За прошедший сезон мы выпустили 8 спектаклей. Это были разные спектакли – разные по масштабу, стилю, художественной идее. Но все они создавались с пониманием того, что главное для театра – это художественная составляющая. В течение сезона мы убедились: все премьеры имеют коммерческий успех; но – еще раз повторю – коммерческую сторону мы воспринимаем как сопутствующую нашему главному критерию: художественному уровню спектакля. Я благодарю всех людей театра, кто приложил силы свой профессианализм для выпуска премьер в прошедшем сезоне. Без вашей коллективной, слаженной, честной работы ничего бы не получилось. Если задумываться о целях, которые мы перед собою ставили и ставим сейчас, то одна из главных наших целей – сохранение нашего театра: такого театра, который складывался в последние 15 лет нашей биографии, такого театра, который очень многие с чистым сердцем называют сегодня лучшим драматическим театром России. Такой театр невозможно построить усилиями отдельных людей, пусть и наделенных административной властью. Такое под силу только всему нашему большому коллективу, который воспринимает театр как общее дело, как наш общий Дом. В этом доме мы переживаем все радости и невзгоды вместе, готовы подставить плечо, перешагнув через личные обиды. Когда мы помогаем друг другу в театре, мы помогаем и всему театру. Что я имею в виду? Очень простые вещи: мы уважаем друг друга, проявляем терпение, понимание; мы находим время для репетиции новых спектаклей; мы чутко и с пониманием относимся к изменениям в репертуаре, к заменам в составах; мы помним об обязательстве четко выполнять профессиональные задачи, поставленные режиссером – делать не «как я хочу», а «как надо, в соответствии с творческой задачей». Выполняя эти простые требования, понимая их как свой личный долг, мы тем самым день за днем участвуем в поддержании высокого художественного уровня нашего театра. Это и есть наше общее дело. Если в нашей жизни все будет именно так – то я уверен: через некоторое время, уже после нас – о нас напишут книгу. О том, как Театр Вахтангова с честью преодолел трудное время и пришел к новым достижениям, достойно показав себя перед своими зрителями и перед отцами-основателями. Как, собственно, делаем и мы на протяжении 15 лет: издаем книги о театре, о людях театра. В этом году выйдут две книги, презентация которых по нашей традиции пройдет в Арт-кафе театра. Бывает такое, что театр и обижает… Ведь в театре работают люди: люди творческие – а значит, нервные, неспокойные, неуравновешенные; люди страстные – а значит, пристрастные, нетерпеливые, порывистые… Что могу сказать? Если случилась обида, надо постараться не рубить с плеча, не поддаваться порыву, а отойти немного в сторону, трезво, сдержанно оценить происшедшее и понять: у нас все-таки есть желание жить вместе и двигаться дальше – к новым творческим победам. Полезно в конфликтных ситуациях вспомнить знаменитые вахтанговские слова: «студийно» или «нестудийно». «Студийно» все, что способствует созданию благоприятной атмосферы для дружной работы и радостного творчества. «Нестудийно» все, что эту атмосферу разрушает. Будем же стремиться жить «студийно». Могу сказать с уверенностью: в конфликтных ситуациях нам всегда удается достигать компромиссов. Но бесконечные компромиссы – это, конечно, не выход: компромиссы могут завести в тупик, человек может потерять себя. Нас связывают не компромиссы, а наше общее дело, наша общая любовь – наш Театр. Как минимум, 95 процентов присутствующих здесь считают театр своим личным делом – и это главное. Мы вместе хотим строить дом, которому очень скоро – 13 ноября этого года исполнится 105 лет. В этом году в ноябре будет еще один важный юбилей: первый юбилей Новой сцены! Да, вот уже 10 лет, как Мы с Вами открыли это театральное пространство; а к этой дате мы откроем в фойе Новой сцены большую фотовыставку – «10 ярких лет жизни». Давно ли мы отмечали столетие – всего 5 лет назад! Пятилетка после столетия оказалась трудной – и это не пустые слова: люди театра знают, о каких трудностях речь. Мы все преодолели и добились новых успехов. У кого-то, кто наблюдает наше движение со стороны, успехи Театра Вахтангова вызывают гнев и раздражение. Успешный театр притягивает недоброжелателей – это закон театральной жизни. Они даже не понимают, какой за всем этим стоит труд, какой путь проделал театр, чтобы добиться этих результатов, играя в месяц на 6 сценах по 175 спектаклей… С вызовами недоброжелателей приходится сталкиваться постоянно – в том числе, и лично мне. Не в моем характере прятать голову в песок: если есть повод рассказать о наших достижениях, я всегда буду рассказывать о них. Я говорил, писал и буду говорить и писать о наших успехах, и пусть мои слова кому-то не нравятся. Галина Львовна Коновалова говорила в таких случаях: «Надо, господа, проглотить». Что об этом говорить- будем жить дальше… Поэтому расскажу вам еще об одном радостном событии. 24 сентября состоится открытие мультимедийного музея Театра Вахтангова. Откроются 2 зала, наполненные экспонатами из золотой кладовой вахтанговской истории. Мы впервые продемонстрируем нашим зрителям подлинники ценнейших документов – среди них письма Мейерхольда Вахтангову, записи режиссеров Акимова, Фоменко, Любимова; костюмы, реквизит – этим вещам более 80 лет… В музее будут проходить мультимедиа-экскурсии без участия экскурсовода. Вот она, креативная индустрия – не на словах, а на деле! А вот и доказательство того, что наша инициатива не случайна и соответствует вахтанговской идее. Когда мы тестировали музей, мы рассчитали: на один сеанс могут поместиться 13 зрителей – не больше и не меньше. 13 – это вахтанговское число. Мы назвали наш мультимедийный музей «Гений места». Будем продавать билеты туда на нашем сайте. Хочу специально подчеркнуть, что на создание этого нового музейного пространства мы не потратили ни рубля бюджетных денег. Он полностью оборудован за счет средств, заработанных театром – как и Дом Вахтангова во Владикавказе. Летом во Владикавказе прошел Второй фестиваль «Вахтангов. Путь домой». В основной программе было 7 спектаклей - драматический, кукольные и даже мюзикл, из 7 регионов нашей страны. Концерт закрытие фестиваля посетило более 12000 человек , а весь фестиваль более 22000 зрителей, мы провели 11 образовательных мероприятий; а кроме того, большая программа уличных театров . Все вместе мы еще раз убедились: мы делаем во Владикавказе большое, нужное дело, достойное памяти Евгения Богратионовича. Кстати, Дом Вахтангова стал местом силы в Владикавказе, там в месяц мы проводим не менее 20 мероприятий, огромное число посетителей приходят в музейную зона, стало немом – "Быть в Владикавказе и не зайти в Дом Вахтангова это дурной тон!" Были в прошлом сезоне события, понять и осмыслить которые оказалось непросто. Я имею в виду гастроли театра в Севастополе в мае -месяце – гастроли, которые не состоялись. Гастрольная афиша задолго до начала была официально согласована со всеми инстанциями и одобрена принимающей стороной. Но гастроли были отменены по решению губернатора города Севастополь. Мы узнали об этом решении прямо во время репетиций на сцене Севастопольского русского драматического театра имени Луначарского. Все эти события были отражены в прессе, звучали разные суждения – в том числе и пожелание решать подобные инциденты в форме уважительной по отношению к зрителям и к театру, имеющему столько творческих заслуг перед российской культурой. Я вспоминаю мое самое большое потрясение из той поездки: это зрители Крыма и Севастополя, которые раскупили билеты за два дня, а потом еще долго на расходились перед закрытым театром. Вот о чем хотел бы еще сказать, что Вахтанговский театр, по традиции, опирается на силы своей труппы. Так мы жили, так живем сейчас. Мы не будем приглашать звезд со стороны ради медийного эффекта: мы счастливы, имея в труппе наших звезд первой величины, молодых самых талантливых артистов – представителей вахтанговской школы; и мы продолжим собирать под нашей крышей щукинских выпускников. Наша позиция в том, чтобы вести наш коллектив не по пути антрепризы, а по пути русского репертуарного театра. Это мы твердо усвоили за последнее десятилетие, жить будем только так! Завершить хочу словами Вахтангова, сказанные его первым ученикам в Мансуровской студии: «…хорошие постановки, успех у публики, высокая заработная плата – суть лишь средства, и только средства осуществления больших задач Студии. Как только эти постановки, актеры, жалованье и т. п. станут вашей целью, – не будет настоящей Студии и начнется банальный ремесленный театр. Основа Студии – ее идейная сторона». Не забудем же в новом, 105-м сезоне об этой благородной идее студийности, которая всегда отличала Вахтанговский театр.» Ваш Кирилл Крок
Все даты в формате GMT
3 час. Хитов сегодня: 46
Права: смайлы да, картинки да, шрифты да, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет
" 
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума